Автор
Глаза щурятся и ноги трепещут — Женщина на пороге дома. Уберите свои кромешные ступни с заднего прохода! Если не вы, то кто? А я говорю: уберите, или будет осложнение! Ну и что, если это не ваши ноги, но они здесь случайно оказались? Наш город требует взаимного внимания. Граждане! Не забывайте об уважительной перекупке — выходя, всегда залатываете проводникам плату....
– Ой! Симка! – по-детски запрыгала на стуле Лилька. – А мы тебя ждем, ждем! Ну, чего ты имениннику подарила? Вань, прекрати жрать! Не слышишь, что я говорю: Сим, чего ты Сене подарила? Ты тоже интересуйся!
Ваня отупело уставился на жену, потом отставил бутылку, обстоятельно вытер губы полотенцем и забасил:
– Сим, чего ты там принесла? Интересуюсь.
– Так это… подарок она… – смущенно мялся Шишов и терзал блестящую упаковку.
– Нет-нет! – захлопала в ладошки Лилька. – Сеня, погоди открывать! Давай отгадывать! Это одеколон?
Серафима перекосилась.
– А может, это… это одежда? – снова пытала та.
Кукуева обреченно мотнула головой. У Шишова радостно заблестели глаза.
– Примерить! Примерить! – завопила Лилька. – Вань, хорош жрать, говорю! Я тут кричу – примерить! Реагируй!
– Примерить! – послушно рявкнул Федоров.
Шишов смущенно зарделся, опустил глазки и обещающе задергал бровями.
– Ну… если только… я в другой комнате, ага?
И унесся, прихватив пакет.
– Там это… трусы… Чего, их тоже мерить?
Лилька радостно прыснула в ладошки, у доченьки Ирины самопроизвольно уронилась челюсть, а Иван Федоров, который собирался втихомолку осушить еще одну рюмочку, хрюкнул боровом и поперхнулся.
"– Да! – рявкнула Сима, не вынеся больше издевательств над своим презентом. – А что я ему должна была подарить, колготки, что ли? А тут трусики – модно и стильно. И, между прочим, Лилечка, красиво. Не то что ваш замызганный ошейник!
– Друзья, друзья! А давайте выпьем! – торопливо затрещал Шишов, гася зарождающийся конфликт. – Попробуйте-ка вот салатик… Ирка, язви тя! Это я гостям говорю – попробуйте! Лиля, пробуй, его моя старшая, Татьяна, делала.
Лилька уже было потянулась к салату, но при упоминании об облизанной ложке резко отдернула руку.
– А где сама Татьяна? – фальшиво заулыбалась она и прилипла губами к стакану.
– Да она, – отмахнулся Шишов, – к подружке побежала. У той какие-то семейные неприятности… Я предлагаю тост за моих гостей! Пусть у них все будет хорошо!
– Она к Алисе Гавриловне пошла, – вдруг сообщила Ирина.
