Автор
Глаза щурятся и ноги трепещут — Женщина на пороге дома. Уберите свои кромешные ступни с заднего прохода! Если не вы, то кто? А я говорю: уберите, или будет осложнение! Ну и что, если это не ваши ноги, но они здесь случайно оказались? Наш город требует взаимного внимания. Граждане! Не забывайте об уважительной перекупке — выходя, всегда залатываете проводникам плату....
Правда, она физическую силу имела в виду… Ну, естественно, сынок терпел сколько мог, потом соскучился по наркотикам, надрался в очередной раз, а тут – оп-паньки – папаша явился: ничего, мол, не знаю, завтра у нас поход в милицию! И сынок вынужден был, как мог, папеньку успокоить. Правда, Алиса говорила, что они с сыном ожидали отца дома, но ведь ради сынка чего не скажешь.
Красивая была версия. Стройная. Немножко хромала, но… некоторые мелочи можно было додумать. Но вот похищение ребенка ни в одну из версий не втискивалось.
Серафима взглянула на часы – обе стрелки лениво спали на двойке.
Серафима снова полезла в книжку Шишова и смело набрала номер.
– Алло? – постарался мурлыкнуть в трубку сиплый женский голос. – Я уже подняла трубку, говорите!
Серафима не стала долго распространяться, а коротко пояснила:
– Я – Серафима.
Дамочка тоже не стала капризничать, а так же по-боевому отчеканила:
– Я – Тамара. Сегодня работаю – не получится. А вот завтра в семь вечера хозяин отбудет, и мы сможем всех работников собрать в красном уголке. Чтобы вам два раза не ездить.
– Хорошо, ровно в семь, – тоже железным голосом проговорила Кукуева и положила трубку."
"Только после этого она вспомнила, что не узнала адрес многоуважаемого бизнесмена Борисова.
На следующий день Серафима буквально не знала, чем себя занять до семи вечера. Она даже позвонила Шишову. Хотелось потешить душу – намекнуть, что это она ловко лишила его записной книжки, а заодно и поинтересоваться, не сможет ли он ее за это отвезти к особняку Борисова.
