Автор
Я – свидетель. Проникшись этим осознанием, я чувствую легкость в душе. Вместе со мной окружение расширяется: мы несем за собой отражение своего мира. Моя семья и бабушка Кира тесно связаны с моими заботами и страхами, создавая атмосферу напряженности и неопределенности....
– Это ты все сделал! Ты!
Игорь посмотрел на меня. У него дрожал нерв на щеке. Он что-то хотел сказать, но передумал. Уже в следующую секунду он покинул школу.
Когда я вернулась в игровую, Женя складывал с моей дочерью цветную мозаику.
– Извини, – поднялся Женя, – я не хотел…
– Ты здесь ни при чем, – убито изрекла я. – Это я сама виновата. Ну что ж… нам пора домой.
– Вас подвезти?
Вместо меня ответила Иришка. Она схватила Женю за руку и потащила к выходу.
– Куда? – спросил он.
Девочка с хитрым видом продолжала его тащить.
– Куда? – упирался Женя.
Иришка начала злиться и вдруг отчетливо, громко произнесла:
– Туда!
– Куда? – спросили одновременно я и Женя.
– Туда! – повторила Иришка.
– Туда, – многозначительно разулыбался Женя. – Туда, где машина, туда, где дорога, туда, где дома…
Я не могла слова вымолвить от переполнявших меня эмоций. Она сама сказала, без просьб и понуканий! Мне не показалось, это слышали мы двое!
– Такое событие надо отметить. – Женя повернулся ко мне: – Приглашаю вас в кафе.
– Пойдем в кафе? – Я подхватила дочь и затормошила. Мне хотелось немедленно услышать от нее что-нибудь еще, хоть слово! Но эта хитрюга молчала как партизан.
Я вытащила ее в коридор и закружила.
– Туда! Ту-у-да… – пела я на разные лады, пока Женя вез нас сквозь весенние сумерки. Туда, где тепло. Туда, где огни. Туда, где музыка.
В кафе оказалось уютно, имелся аквариум с рыбками. К нему-то и устремилась моя дочь, проявив равнодушие к сладким шикарным десертам.
Я села так, чтобы не выпускать ее из поля зрения.
– Свет, знаешь что? Бросай своего Игоря и выходи за меня замуж, – вдруг сказал Женя."
"Я посмотрела на него. Лучше бы то, что он сказал, окрасилось бы тоном шутки. Меньше всего сейчас мне хотелось объясняться и задумываться.
Но у Жени было серьезное усталое лицо и грустные глаза.
– У тебя есть жена, – напомнила я.
– Это только так называется. Мы живем в одном дворе, но в разных подъездах. Мои с тещей живут, а я один.
– Все еще наладится, – зачем-то сказала я.
– Ничего не наладится. Какое – наладится… Любви-то нет. Я любил совсем другую девчонку, когда в армию уходил. Ждать обещала, все такое… Ну а вернулся, у нее уже и муж, и ребенок. Ну, я с горя загулял с ее подругой Надькой. Назло. А когда опомнился – Надька моя уже беременная. Деваться некуда, женился. Потом Степка родился.
