Автор
Я – свидетель. Проникшись этим осознанием, я чувствую легкость в душе. Вместе со мной окружение расширяется: мы несем за собой отражение своего мира. Моя семья и бабушка Кира тесно связаны с моими заботами и страхами, создавая атмосферу напряженности и неопределенности....
Невзирая на боль, которая подтачивает изнутри.
Жизнь продолжалась, все шло своим чередом. Приближался день рождения Лены, который она категорически отказалась отмечать. Вдобавок ко всему моя тетя лишилась работы – закрыли всю их библиотеку. Помещение выкупил кто-то крутой, чтобы организовать там ночной клуб. Весь коллектив библиотеки вмиг оказался на улице.
Конечно же, все наши приехали поздравить Лену с днем рождения, растормошить и показать, что жизнь прекрасна. Я и Ксюшка накупили шариков, Элла привезла торт и французское шампанское.
Наконец Кира не выдержала.
– Лена, как тебе не стыдно? – строго произнесла она. – Ты жива, здорова, красива, молода!
– Я – молода?! – возмутилась та. – Мам, лучше уж ты ничего не говори! Кому я нужна? Я не нужна никому…
Киру не смутил выпад дочери.
– Всегда помни о тех, кому хуже, чем тебе! Вспомни, что приходится переносить Нике!
Кира не постеснялась Эллы. Или не захотела с ней посчитаться. Все же Лена ей была важнее, и она думала сейчас только о ней.
Но эффект получился не тот, на который рассчитывала моя бабушка. Теперь к Лене присоединилась всегда сдержанная Элла.
– Я не знаю, что с ней делать! – срывающимся голосом призналась она. – Никого не хочет видеть, ни с кем разговаривать не хочет. Всех друзей от дома отвадила.
– У нее ведь парень был, – вспомнила Ксюха. – Его тоже видеть не хочет?
– Парень испарился. Не появился ни разу после аварии.
– Все мужики – сволочи! – заявила Лена совсем уж банальное.
Она еще шмыгала носом, но уже перестала рыдать. Теперь у Эллы были глаза на мокром месте, а заодно и у моей мамы.
– Господи, ну чем девочке помочь? – риторически вопросила она. Никто не знал ответа на этот вопрос.
– Ну почему это произошло с ней? – еле слышно промолвила Элла. – Почему именно с моей дочерью? Ей всего двадцать лет!
Теперь уже и у Киры глаза были на мокром месте, и тетя Таня плакала вместе с ними.
