Автор
Я – свидетель. Проникшись этим осознанием, я чувствую легкость в душе. Вместе со мной окружение расширяется: мы несем за собой отражение своего мира. Моя семья и бабушка Кира тесно связаны с моими заботами и страхами, создавая атмосферу напряженности и неопределенности....
Жизнь играет с нами, посмеиваясь над неуклюжими попытками уцепиться за других людей, возвести вокруг себя материальную крепость, надуть гелием воздушные шарики наших амбиций. Но дунет ветер посильнее – и разрушены ненадежные крепости, улетели легкие шарики, а люди, что рядом с тобой, – всего лишь люди, не волшебники…
Похоже, не я одна в ту весну философствовала и искала выход.
Его искали все, но, как всегда, активнее других проявляла себя Кира. Моя бабушка решила во что бы то ни стало вернуть в нашу семью Божью милость.
"Первый поход в церковь стал для нее настоящим испытанием. Она тщательно просмотрела свой гардероб и остановилась на орехового цвета костюме, в котором обычно ходила на заседания кафедры в университете, когда ей предстояло выступать с докладом. Кира долго перебирала шарфики и платки. Поскольку ей приходилось носить их не на голове, а только на шее, она так и не сумела приспособиться и найти нужный вариант. Остановилась на шляпке с небольшими полями, и когда вышла в гостиную и предстала пред очами домашних, мой папа заметил:
– Кира Георгиевна, вы сегодня похожи на английскую королеву.
– Бери выше, дорогой зять, – невозмутимо ответила Кира. – У меня свидание с Господом Богом.
Взяла сумочку и вышла из дома. Но как бы ни хорохорилась внешне, внутренне Кира чувствовала себя весьма неуютно. Как в том случае, когда предстоит идти в дом к людям, о которых ты когда-то за глаза очень плохо отзывался.
Было время, Кира даже читала в своем университете курс научного атеизма.
Такие мысли крутились у моей бабушки всю дорогу. Она даже порывалась повернуть вспять, когда увидела голубые купола с золотыми звездами, плывущие в молодой зелени деревьев. Ей стало отчего-то стыдно и неловко.
Она действительно повернула назад, но в это время на ее пути, на перекрестке, для пешеходов загорелся красный, хлынул безудержный поток машин. Кира остановилась и сразу вспомнила, как твердо она пообещала своей младшей дочери Лене занять пустующую вахту покойной молитвенницы Зины.
У ворот кучами сидели цветастые цыганки с чумазыми детьми. И дети, и женщины бесцеремонно тянули руки к спешащим на службу прихожанам.
