Автор
Я – свидетель. Проникшись этим осознанием, я чувствую легкость в душе. Вместе со мной окружение расширяется: мы несем за собой отражение своего мира. Моя семья и бабушка Кира тесно связаны с моими заботами и страхами, создавая атмосферу напряженности и неопределенности....
– Как – не Николай? А кто же это? – недовольным голосом спросила «начальница». Ее явно раздражала настырная бабуля.
– Это святой и праведный Сергий Радонежский…
– Да? А так похож…
– А Никола Угодник вон в том приделе. Только свечи покудова зажигать не надо. Увидишь, когда можно.
Женщина, не привыкшая к тому, чтобы ей указывали, отошла с недовольным видом. Ворча себе под нос, стала пробираться в указанном направлении. Кира почувствовала, что краснеет. Ей было стыдно, будто это она допустила такую оплошность. А ведь, по сути, так и есть.
"Решила подождать момента, когда можно будет зажечь свечи и подойти к иконам.
И в самом деле, как и предупреждала бабулька, что-то случилось впереди у алтаря, Кира не успела понять – что именно, но в храме произошло движение, и сразу стало светлее, кругом на подсвечниках зажгли погашенные ранее свечи, как-то сильнее и веселее запел хор.
Кира поставила свечу и перекрестилась.
– Неправильно крестишься, – шепнула дотошная бабуля. – Гляди, как надо.
Бабуля показала, как надо сложить пальцы, и затем широко перекрестилась – от середины лба к животу и от правого плеча к левому. Во весь размах.
Кира подавила в себе желание огрызнуться на непрошеного советчика. Кивнула и поспешила отойти. Она примкнула к очереди, которая струилась вдоль стены.
Узнав, кто последний, Кира пристроилась и попыталась путем наблюдения выяснить – зачем, собственно, стоит народ.
– А вы готовились? – спрашивала одна другую. – Надо было специальные молитвы читать, поститься три дня. А сегодня с утра не есть и не пить.
Женщина ответила, что не готовилась, вздохнула и отошла.
Кира примерила на себя непременные условия исповеди и поняла, что готова только наполовину. Молитв специальных она не читала.
Моя бабушка сильно засомневалась и уже хотела отойти ни с чем, но подошла очередь.
Она растерялась. Всегда уверенная в себе женщина-профессор почувствовала себя провинившейся ученицей. Так и подмывало сказать: «Извините, я не выучила».
– Слушаю вас, – нарушил молчание священник.
– Я впервые на исповеди, – краснея, призналась Кира. – К Богу прихожу поздно…
– Лучше поздно, чем никогда, – улыбнулся священник.
– Ничего не знаю и не понимаю, – ободренная, продолжала она.
Батюшка кивнул.
