Автор
Я – свидетель. Проникшись этим осознанием, я чувствую легкость в душе. Вместе со мной окружение расширяется: мы несем за собой отражение своего мира. Моя семья и бабушка Кира тесно связаны с моими заботами и страхами, создавая атмосферу напряженности и неопределенности....
Но что я могу? Сын без отца растет…
Тут Дядя подскочил как мячик:
– А кто виноват, что он без отца растет? Я говорил тебе в свое время, что этим кончится! Только ты меня не слушала. Отомстить ему хотела!
Зимин побагровел, глаза налились кровью – вся сдерживаемая злость просилась наружу.
– Теперь слюни и сопли льешь! Договаривайся вот теперь! – Он потряс ладонью в сторону Лены. – Вот, унижайся!
Сказал и выкатился в другую комнату."
"– Отец Леши сейчас сидит, – сказала женщина и закурила. – Но я тут ни при чем, сам добился.
Если бы Зимина повела себя иначе, если бы в ее тоне засквозили наглость и превосходство, Лена бы развернулась и ушла.
– Вы подумайте, что с ним в колонии-то будет! Сломают его там! Елена Павловна, милая, пожалейте вы нас!
И мать Леши заплакала в голос, как на похоронах.
Лена с минуту сидела без движения. А потом заговорила:
– Я вам тоже могу слезную историю поведать про своего ребенка. Как мы все детство по больницам… Он умирает в реанимации, а я в больничном туалете закрылась, на колени бухнулась и просила Бога не забирать моего сыночка.
– Простите нас, – после паузы попросила Зимина. – Ради Бога, простите.
Лена почувствовала усталость и пустоту. Ничего не клокотало внутри.
Дядя осторожно вкатился в комнату.
– Хорошо. Я заберу заявление. Но честно говоря, сомневаюсь, что вашему сыну это пойдет на пользу.
– Он осознал, – поспешила уверить мама. – Он раскаивается! Они ведь там, в больнице, подружились с вашим мальчиком…
Мама Леши очень старалась. Она попыталась тронуть сердце гостьи тем фактом, что так сильно раздражал. «Они ведь там подружились…»
Лена поднялась. Тут вклинился Дядя:
– Адвокат предлагает передачу суммы произвести в его присутствии. Чтобы все официально.
– Да идите вы со своими деньгами! – не выдержала Лена.
Дядя закрыл рот.
