Автор
Я – свидетель. Проникшись этим осознанием, я чувствую легкость в душе. Вместе со мной окружение расширяется: мы несем за собой отражение своего мира. Моя семья и бабушка Кира тесно связаны с моими заботами и страхами, создавая атмосферу напряженности и неопределенности....
Мы с Ксюшкой и Иришкой поехали его провожать.
Все-таки впервые мой муж отправлялся в служебную командировку так далеко. Для нас это было событие.
Я увидела его сразу, как мы вошли в здание аэровокзала. Игорь стоял рядом с Гориным и девушкой-брюнеткой.
– О! Я эту фифу в «Мехах» видела! – воскликнула моя подруга, нимало не заботясь о том, что ее могла услышать эта самая «фифа».
– Ну да, это, наверное, продавец…
– Ничего себе! – присвистнула Ксюха. – Я на твоем месте хорошенько подумала бы – отпускать ли мужа с такой…
– Еще чего, – неуверенно возразила я, – пусть деньги зарабатывает.
– Тоже правильно…
Иришка, увидев отца, подбежала к нему, обняла за ноги.
– Это еще что за явление? – недовольно воззрился на нас Горин. – Что за проводы новобранца?
– Мы что, не можем мужа проводить? – встряла Ксюшка.
– Дамы! Это рядовая командировка! – кипятился Горин. – Я должен успеть проинструктировать нового сотрудника, а вы тут проводы устроили, как на войну!
– Не расстраивайся, Рома, – улыбнулась брюнетка, – я сама нового сотрудника проинструктирую.
Рома развел руками."
"– Марина, – представилась девушка и присела на корточки перед Иришкой: – А тебя как зовут?
– Она не разговаривает, – извинилась я. Это был неприятный момент, который неизбежно возникал время от времени. Мне приходилось всем объяснять. Игорь подхватил дочь на руки, закружил, унес. Я почему-то представила, как он в самолете будет объяснять этой Марине, отчего наша дочь не разговаривает. А та, в свою очередь, сочувственно дотронется до его руки…
У меня слезы выступили на глаза.
– Ну вот! – ахнула Ксюха. – Прощание славянки!
– Да что ты, Свет? – испугался Игорь. – Я же через три дня прилечу!
Я кивала, а говорить не могла.
– Ну все, пора, пора, – заторопил Горин. – Кончайте свои нюни.
И они отправились на паспортный контроль. А мы стояли и смотрели, как они идут. На Игоре были куртка и джинсы. На Марине – тоже. И линии ее тела были четко прорисованы. Она была выполнена в графике, а не размыта, как акварель.
Они скрылись в накопителе, а мы с Ксюшкой и Гориным отправились по машинам.
– Не дрейфь, – сказал мне Горин. – Скоро заживете как люди. Я развернусь, сеть магазинов открою по области. Игорька зав филиалом поставлю, тебя в продавцы перетащу.
Мне почему-то захотелось побыстрее оторваться от него, укрыться в Ксюшкиной машине. Что-то царапало внутри.
Дома без Игоря было тихо и пусто. Я позвонила родителям. Трубку взяла Кира.
– Проводила? Ну и правильно. Мужчина должен зарабатывать.
