Добро пожаловать в мир "Священного Любовника". Этот роман обещает не только эмоциональные переплетения между главными героями, но и глубокое исследование мистических сил, которые таит история любви. Присоединяйтесь к нам, чтобы узнать, как эти энергии могут изменить судьбу своих персонажей....
Человек за человеком рассказывали о своих зависимостях.
В девять тридцать-три, судя по часам на стене, темноволосая женщина встала.
— А сейчас время «Молитвы о Спокойствии».
Фьюри поднялся вместе с остальными и сильно поразился, когда кто-то потянулся к его руке.
Но его ладонь больше не была влажной.
Он не ведал, как долго это будет продолжаться. Колдун был с ним годами. Знал его, как облупленного. Фьюри был уверен лишь в одном: что в следующий вторник, в девять вечера он придет сюда снова.
Он покинул подвал вместе со всеми, и, когда ночной воздух ударил в лицо, почти сложился пополам от потребности закурить.
Пока все разбегались по своим машинам, заводили двигатели и включали фары, он уселся на качели, положив руки на колени, и упершись ногами в землю.
На мгновение ему показалось, что за ним следят… но, вероятно, паранойя была побочным эффектом выздоровления, кто знал.
Минут через десять он нашел темный уголок и материализовался в особняк Рива на севере штата.
Появившись позади виллы, характерной для Адирондака, первым делом он увидел силуэт за стеклянными раздвижными дверьми.
Кормия ждала его.
Выйдя наружу, она тихо задвинула дверь, и обняла себя руками, согревая. Объемный свитер ирландской вязки на ней принадлежал ему, а легинсы она одолжила у Бэллы. Ее волосы длинной до бедер были распущены, и в свете алмазных стекол дома они сияли, словно припорошенные золотой пылью.
— Привет, — сказала она.
— Привет.
Он подошел к ней, двигаясь через лужайку и каменную террасу.
— Замерзла?
— Немного.
— Хорошо, это означает, что я могу согреть тебя. — Он раскрыл руки, и она ступила в его объятия. Он чувствовал ее тело даже сквозь толстый свитер. — Спасибо за то, что не спрашиваешь, как прошла встреча. Я все еще пытаюсь… не знаю что сказать. По правде говоря.
Она скользнула руками от его талии до плеч.
— Расскажешь мне, когда будешь готов.
— Я пойду туда снова.
— Хорошо.
Они стояли вплотную в холоде ночи, но им было тепло, очень тепло.
Коснувшись губами ее уха, он выдохнул:
— Я хочу быть в тебе.
— Да… — ответила она, растягивая слово.
Внутри они не найдут уединения, но здесь они были одни, в тихом и темной укрытии дома. Подталкивая ее назад, в еще большую тень, он скользнул руками под край свитера, касаясь кожи своей шеллан. Гладкая, теплая, полная жизни, она выгнулась под его прикосновениями.
— Оставим свитер на месте, — сказал он. — Но леггинсы придется снять.
