Из простых послушниц в дочери княжества... Жена монаха превратилась в святую развратницу, став объектом слухов и легенды. Но даже среди своих подданных она не может скрыть истинного лица - жертвы ее властью и страсти оказались каждым на расстоянии вытянутой руки.
Сперва было трудно обжиться в чужом городе среди незнакомых людей, но Амфрий разрешил поселиться в этом доме на втором этаже, где проживала его жена и пара ее служанок, поэтому искать дом не пришлось, а работа понравилась с первого же дня.
Сперва я просто продавала товар, потом мне доверили смешивать сборы. А когда я порекомендовала старику несколько рецептов, взятых из копилки колдуньи, он пришел в восторг. Долго выспрашивал, откуда я обладаю таким знанием, но я не призналась: колдунов и знахарок люди не привечали, и лишние неприятности мне были не нужны.
Я настолько увлеклась лекарским делом, что целыми днями находилась в лавке. Наводила порядки, пересматривала травы на наличие порчи, придумывала оригинальные названия новым рецептам и записывала всё необходимое в тетрадь. Кажется, я могла бы даже назвать себя предельно счастливой, если бы не одно «но».
Это «но» появлялось с приходом ночи, когда я возвращалась к себе в комнату и оставалась наедине с собой. Больше не было увлекательного занятия, которое заполняло разум до краёв, больше не нужно было отвлекаться на посетителей и слушать притворное брюзжание Амфрия.
Перед глазами упорно всплывал образ Юлиана.
Как он отреагировал на мой побег? Был ли разочарован? Пытался ли искать? Когда я представляла, что он отмахнулся от моих поисков и выдохнул с облегчением, начинала чувствовать внутреннее недовольство, а это… повергало меня в ужас.
Неужели мне не всё равно, что думает герцог? Да, официально он мой муж, но по факту это не так. Насколько я знаю, если брак оказывается неконсумирован в течении года после сочетания, его можно мгновенно аннулировать.
Я свободна! Впервые по-настоящему свободна, но... Юлиан из мыслей уходить упорно отказывался.
Чем он занят? Ищет себе другую жену? Развлекается с Ариадной, которая сейчас невероятно счастлива? К стыду своему, подобные мысли вызывали злость.
Неужели я просто-напросто больна собственническим синдромом: мол, несмотря ни на что, дракон мой муж, поэтому других рядом с ним видеть не хочу?
Но и сама к нему ни за что не пойду! Бред, да и только! Ну зачем мне вспоминать его? Зачем ощущать непонятную и весьма смущающую тоску от одной мысли, что я никогда больше не увижу ни его самого, ни Ариву? Почему у меня ощущение, что связь с поместьем де Армье всё равно осталась, а над душой словно тяготеет нерешенный вопрос?
Нет, не хочу об этом думать.
