Автор
В Святости и соблазне — мир изнурительной магии, где каждый шаг подчеркивается шелестом тканей и хрустом каблучков. Главная героиня надевает тонкую маску, скрывая истинное лицо, оставляя лишь память в серых стенах помещения для встреч. Здесь каждое вздохование наполнено напряжением и ожиданием, как если бы стены сами говорили легенду о том, что таится за закрытыми дверями....
С плотного желтоватого листа на них смотрел улыбаясь круглолицый лысеющий человек с пронзительными глазами. Из подписи под фотографией следовало, что в столице штата в конференц-зале одного из отелей состоится презентация нового романа популярной писательницы и так далее и тому подобное…
Но главным было не это. Круглолицего лысеющего человека, собирающегося представлять книгу, звали Флойд Александр… Парето!
— Есть какие-нибудь идеи? — с надеждой спросил Руперт некоторое время спустя.
Флоренс закивала, потом с трудом выдавила, поскольку голос ей плохо повиновался:
— Е-ехать на презентацию…
— Другого выхода нет, — согласилась с ней тетя Кэйт.
Все семейство Атвуд, включая, естественно, и Дороти, с трудом пережило следующие сутки, оставшиеся до презентации. Но их волнение не шло ни в какое сравнение с волнением Флоренс. Наконец-то что-то должно было проясниться в ее жизни!
До столицы штатов было всего часа два езды, поэтому Руперт, предварительно договорившись на работе, решил сам отвезти Флоренс.
Всю дорогу оба молчали. Так же молча с трудом припарковались на стоянке отеля, сегодня заполненной машинами до отказа. Молча подошли к входу, даже не обратив внимания на разулыбавшегося швейцара.
Флоренс в строгом деловом костюме выглядела напряженной, нервы ее были натянуты как струна. И Руперт не сводил с нее обеспокоенного взгляда, намереваясь при первой же необходимости прийти на помощь.
В холле отеля толпились люди, взволнованно переговариваясь, по большей части женщины. В руках у всех были пригласительные билеты, у некоторых букеты цветов. Время от времени кто-то из них направлялся в сторону конференц-зала, следуя указателю с золоченой надписью.
Видимо, нас принимают за фанатов этой самой писательницы, подумал Руперт, глядя, как все с радостным недоумением расступаются перед ними и с каким-то благоговейным ужасом поглядывают на руку Флоренс, все еще закованную в гипс.
Однако и тут все прошло гладко. Их не только беспрепятственно пропустили, но и учтиво распахнули перед ними двери.
Однако не успели их глаза привыкнуть к еще полутемному залу, как кто-то выскочил из боковой двери и, вцепившись в плечо Флоренс, втянул ее внутрь. Не успевший отреагировать Руперт бросился следом.
