Автор
В сердце Севера висело двадцатью мелкими бриллиантами — знаком любви для других, но для нее это было символом принадлежности и золотой клеткой, в которой она оказалась навеки. Мир, который казался безграничным, оказался закрытым кругом, где каждый день напоминал ей об узде, в которую она была заточена. "Пока смерть не разлучит нас" — это было больше чем просто слова, словами были запечатаны их судьбы, связанные честью и верностью....
Рыжик брови Джианны удивленно поднялись.
— Спасибо, — сказала я.
Лука кивнул.
— Покажи своей сестре ее комнату, и затем мы можем поесть, — он был все еще отстраненным и неживым. Я смотрела, как он направился за угол в кухню.
Я показала Джианне ее комнату для гостей, но она быстро потянула меня внутрь и закрыла дверь:
— Ты в порядке?
— Да. Я сказала тебе по телефону. Все хорошо.
— Я предпочитаю видеть твое лицо, когда ты говоришь это.
— Я не лгу тебе, Джианна.
Она схватила меня за руку:
— Он заставлял тебя спать с ним?
— Нет, он этого не делал.
Ее глаза расширились:
— Но что-то произошло между вами двумя. Я хочу подробности.
Я отстранилась:
— Нам сейчас нужно поужинать. Марианна будет злиться, если еда остынет. Мы можем поговорить завтра, когда Лука будет занят делами.
— Завтра, — твердо сказала Джианна.
Я открыла дверь и проводила ее к обеденной зоне. Она охватила взглядом все, затем прищурилась, когда увидела, кто еще будет обедать с нами - Маттео.
— Что он здесь делает? — спросила Джианна, наморщив нос.
Сверкая своей акульей ухмылкой, Маттео подошел к ней и взял ее за руку, чтобы поцеловать.
— Рад снова видеть тебя, Джианна.
Джианна отдернула руку:
— Не трогай меня.
Ей следовало прекратить провоцировать его; ему это слишком понравилось. Мы с Лукой сидели рядом, а Маттео около Джианны. Я не была уверена, что это было лучшим решением.
Марианна суетилась вокруг, подавая жареную баранину, картофель с розмарином и зеленую фасоль. Некоторое время мы ели в тишине, пока Джианна не смогла больше держать язык за зубами:
— Почему ты раздавил горло тому парню?
Я отложила вилку, ожидая, что Лука взорвется, но он только откинулся назад на спинку стула и скрестил руки на груди.
Джианна вздохнула:
— Давай.
Маттео усмехнулся:
— Тиски - хорошее имя.
Лука покачал головой:
— Я ненавижу его.
— Ты заработал его, — сказал Маттео. — Теперь расскажи им историю, или я это сделаю.
Мне уже давно было любопытно узнать об этом. Никто из чикагской мафии не хотел предоставить мне подробную информацию, и я еще не осмелилась спросить Ромеро.
— Мне было семнадцать лет, — начал Лука.
