Автор
В сердце Севера висело двадцатью мелкими бриллиантами — знаком любви для других, но для нее это было символом принадлежности и золотой клеткой, в которой она оказалась навеки. Мир, который казался безграничным, оказался закрытым кругом, где каждый день напоминал ей об узде, в которую она была заточена. "Пока смерть не разлучит нас" — это было больше чем просто слова, словами были запечатаны их судьбы, связанные честью и верностью....
— О чем ты?
— Не получай за меня пулю.
ГЛАВА 18
Принятие душа стало для меня борьбой. Я должна была закрыть свои повязки водонепроницаемой тканью, что было основной трудностью, но ощущение теплой воды, смывающей кровь и пот, стоило того. Джианна, Лили и Фаби уехали меньше часа назад. Отец настоял, чтобы они уехали. Не то чтобы в Чикаго им было намного безопаснее, потому что Братва приближалась и к синдикату. По крайней мере, они остались со мной на день дольше, чем планировалось. Они развлекали меня, пока я лежала в кровати, в то время как Лука должен был позаботиться обо всем.
Я уже чувствовала себя намного лучше. Но, возможно, это было затяжным эффектом болеутоляющих, которые я приняла два часа назад. Я вышла из душа и неуклюже надела свои трусики. Я могла двигать обеими руками, но доктор сказал, что следует использовать левую руку как можно меньше. Надевать длинную ночную рубашку оказалось сложнее.
— Закончил с делами? — спросила я.
Он кивнул. Лука подошел ко мне и натянул вторую лямку на место, затем подвел меня к кровати и заставил сесть. Нам не удавалось поговорить наедине после нашего первого разговора, а затем я была под воздействием морфия.
— Я в порядке, — повторила я, потому что, судя по всему, ему необходимо было услышать это.
— Я мог потерять тебя два дня назад.
Я задрожала:
— Но ты не потерял.
Он всмотрелся в меня:
— Зачем ты сделала это? Зачем прикрыла меня от пули?
— Неужели ты действительно не знаешь? — прошептала я.
Он стал совсем неподвижным, но ничего не сказал.
— Я люблю тебя, Лука, — я знала, что сказать такое вслух было рискованно, но пару дней назад я думала, что умру, так что это ни на что не влияло.
Лука приблизил лицо к моему и обхватил ладонями мои щеки:"
"— Ты любишь меня, — он произнёс это так, как будто я рассказала ему, что небеса были зелеными, или что Солнце вращалось вокруг Земли, или что огонь был холодным на ощупь. Как будто то, что я сказала, не имело смысла, словно это не вписывалось в его взгляд на мир. — Ты не должна любить меня, Ария. Я не тот, кого нужно любить.
