Я - Анастасия Гришина, женщина из маленького городка, и моя жизнь стала независимой после поездки в Сочи. Здесь я встретила Артема, который меня потрясающе заинтересовал, но не сразу. Моя любовь расцвела как цветок в горах при теплом южном солнце, и каждый день был новым открытием для меня. Понимание глубины чувств Артема и моих собственных переживаний превратило нашу связь из шумного города в тихую речную лодку на безмятежном пространстве Сочи....
– Если вдруг из-за меня погибнет мой любимый муж… может быть тогда? Но, не думаю, дядя Игорь, потому что мы говорим друг другу правду. Он никогда не встретит меня с моей второй семьей. Знаешь почему? Потому что я не шкура, которая живет из-за благ. А ты оказался шкурой, - Наташа встала со скамьи, обняла себя руками, чтобы согреться, или может, чтобы не растерять той злости, что кипела, глядя на этого человека.
– Наташк, да ты ж не дрянь, чтобы бросить меня одного в беде, а? – он сказал это почти шепотом, но она услышала.
– Я – нет, а вот ты – да. Иди, отец сейчас выйдет. Лучше тебе уже уехать.
Игорь вызвал такси, но вспомнил, что с карты оплатить нельзя. В приложении отметил оплату наличными, вышел за ворота и посмотрел на дом. Он не хотел его, он хотел жить в городе – жизнь там кипит ключом, город живет даже ночью, и в этом ритме он чувствовал себя молодым, активным. Он хотел, чтобы ему завидовали, чтобы ему подражали, а не вот этого вот загородного благолепия с сидением в старческом кресле-качалке.
Машина приехала через час. Он уже начал мерзнуть – ночь выдалась прохладной.
– Командир, дай телефона позвонить, а? с бабой поругался – трубку не берет, - по-свойски хлопнул по плечу водителя, и тот передал ему улыбнувшись поюзанный самсунг.
- Держи, брат, не беспокойся особо, купи ей цветы, шоколад, и все наладится, - подбадривал его таксист.
– Да я ей квартиру трехкомнатную в новостройке купил… Обставил. А она меня как собаку – за дверь.
– Сильно провинился то? Другая баба?
– Она – другая баба… - вдруг стало невыносимо холодно и пусто – словно выключили свет во всем мире, будто погасли звезды, и нет вокруг даже эха. Водитель говорил что-то, смеялся, а Игорь понял, что не хочет звонить Вике.
– Давай на Никольское, - неожиданно наклонившись вперед, перебил он парня, что рассказывал уже о своих дрязгах с женой.
– Проспект?
– Кладбище, командир. На кладбище.
– Ты чего, свихнулся? Ночью?
– Да, сейчас. Я один там хочу побыть, без людей.
– Ну ты это… Может утром, слышишь? А кто умер –то?
– Жена. Из-за меня. У тебя выпить нет?"
"– Нет, мужик, нет у меня в машине. Может в магазин тебя завезти? – беспокойный тон выдал в водителе, что он его там и оставит – у магазина.
– Нет, вези к северному входу, - больше Игорь не сказал ни слова, и вышел, расплатившись, у северных ворот Никольского кладбища.
– Вызывай еще раз, я стоять не буду, сам понимаешь – деньги нужны.
– Да, езжай, спасибо.
