Мне было немного стыдно за тебя, - с тем самым выражением нежности и гармонии, которое так очаровало меня в нашу первую встречу тогда, на площади, она «кусала» меня как змея.
– Да, ты права, милая Анна, но я решила делать только то, что хочется мне, и от чего я получаю удовольствие. Отчего-то мне кажется, что я много счастливее тебя, только не могу понять – отчего. У тебя высокое положение, прекрасный муж, но ты ни разу не улыбнулась за столом, я не слышала твоего смеха, - я скомкала салфетку, закончив завтрак, и решила уйти, потому что прекрасно понимала ее цель – вывести меня.
Она не ответила, но закрывая за собой дверь в столовой я бросила взгляд на нее еще раз – она улыбалась как победитель. Вот значит, в чем дело! Есть такая порода людей, которые счастливы только тогда, когда несчастны другие, и ничего их не может изменить.
К приезду мужчин, мы с Кларой и еще парой молодых служанок выстроили на газоне возле беседки пару крепостей – катали снежные комья и складывали в стену. К нам на помощь пришли пара ребят с конюшни и дело пошло быстрее. Завидев подъезжающих хозяев, слуги разбежались. И когда я подняла голову, было ощущение, что их словно и не было здесь вовсе.
– Пока нас не было, моя жена решила сделать пристройку. Тебе мало комнат, дорогая? – Элиот смеялся от души, увидев нашу работу.
– Да, решила, что наша любовь будет крепкой и вечной, как эти стены, - ответила я, и в ответ мне Элиот засмеялся еще громче.
– Вы, скорее всего, голодны? – спросила я.
– Да, но увидев все это, решили, что нужно узнать правила игры и немного размяться, иначе, так и не успеем поиграть – снег растает через пару дней, - спрыгнув с лошади Бертон направился ко мне.
– Тогда нужно разделиться по двое и выбрать где чья крепость. Ногами ломать нельзя, количество попаданий считаем, и выбираем победителя. Если же крепость рушится от ударов снежными ядрами, крепость повержена, - быстро рассказала я, и показала, как нужно лепить «снежки».
– Мы играем в паре, поскольку, Элиот не молод и устал, а силы женщины много меньше мужских. Я с вами, Рональд с дядей – так наши силы уравняются, - заявил Бертон, натянул варежки, посмотрел на меня и добавил: – я благодарен вам за эти штуки. Кожаные краги, намокнув, на морозе становятся дубовыми.
– Рада, что угодила, - ответила я, и запустила первый «снаряд» в Рональда, что неосторожно высунул голову из укрепления. Я попала ему за ворот, который был распахнут, и он засмеялся, вытаскивая снег из-за пазухи.
Мы играли от души и смеялись как дети. Моей искренней радости не было предела до того момента, когда я поняла, что замерзли промокшие насквозь от сырого снега руки, шаль сбилась, и почти слезла с головы, а кожаные ботиночки промокли.