Я - Анастасия Гришина, женщина из маленького городка, и моя жизнь стала независимой после поездки в Сочи. Здесь я встретила Артема, который меня потрясающе заинтересовал, но не сразу. Моя любовь расцвела как цветок в горах при теплом южном солнце, и каждый день был новым открытием для меня. Понимание глубины чувств Артема и моих собственных переживаний превратило нашу связь из шумного города в тихую речную лодку на безмятежном пространстве Сочи....
Помнишь, ты рассказывала мне, что можно сделать детские дома для сирот, приюты для тех детей, чьи родители пока не могут их содержать? Помнишь, рассказывала, что работать там могут люди из провала, и так всему городу будет хорошо. Это все ты сейчас и расскажешь Рональду.
– Дядюшка, доброе утро, - в библиотеку вошли братья, и я быстро глянув на них, присела на край кресла и отвернулась. – Рузи, ты уже тоже на ногах? Сегодня у меня будет много дел со святыми отцами, - начал Рональд.
– У Рузи есть к тебе разговор, Рональд.
"– Рузи? – Роналд сел передо мной, а Бертон рядом с Элиотом. Захари сам принес нам кофе и булочки.
– Во-первых, Рональд, я знаю кто теперь вместо церкви может заниматься приютами. Это Оливия, а во-вторых, есть отличная схема, по которой детьми может заниматься государство… - я рассказывала о системе приютов и детских домов, где дети должны получать образование, профессии, чтобы через несколько лет в стране просто исчезли такие места, как провал в этом городе.
Захари доливал нам кофе, Бертон внимательно слушал, всматриваясь в мое лицо. Элиот задремал, как и обещал. На все вопросы Рональда у меня были ответы, но больше всего меня сейчас беспокоили дети. Развал церкви, ее переорганизация, настройка, займут массу времени, а те, кто от сердца занимался делами детей, и сможет продолжать это делать должны просто встроиться в новую систему.
– Ты сама это придумала? – когда я закончила, спросил Рональд.
– Когда увидела, что рук в госпитале недостаточно, но их много в провале, я просто подумала, что их можно объединить. Если это в твоих силах, и ты как советник короля можешь хотя бы предложить эту схему, думаю, дело сдвинется с мертвой точки.
– Люди из провала могут оказаться разбойниками, Рузи, - осторожно вставил Бертон.
– Десять человек, что пришли в первый же день открытия фабрики до сих пор работают там, и никто не позволил себе украсть, а тем более убить, - посмотрев на него, сказала я. – Кроме этого, я готова брать детей для обучения, и точно так же могут делать другие фабрики. Эти дети будут иметь профессии.
– А где они будут жить? – спросил Рональд, теперь уже более серьезно относясь к моему предложению.
