Единственное, что мне не давало покоя, так это мои собственные ощущения. Этот секс спонтанный, запретный, неправильный — как глоток свежего ветра в моей скучной размеренной жизни, наполненной приевшейся нежностью и вялыми ласками. Я будто заново родился, снова почувствовал вкус к жизни, и настроение кверху пошло и уверенности в себе прибавилось
Проблема в том, что мне хотелось еще. Хотелось такого же безумия с Варькой, что бы сама вот так набросилась на меня, готовая на все.
Мечтать не вредно…
Неделю с той памятной ночи я к ней не прикасался. Первые дни стыдно было, не мог притронуться к ней своими грязными лапами, потом у нее красные дни календаря начались, окончания которых ждал с нетерпением.
Мне казалось, что у нас теперь все изменится. Не знаю с чего такие мысли в голову пришли, но я в них свято верил.
Верил и поэтому решил пригласить Варьку в ресторан. Провести с ней романтический ужин, пообщаться, а потом…потом как пойдет.
Заказал столик в хорошем месте, забрал свою Мышку с работы. Она обрадовалась, засуетилась, а потом расстроилась, что не в форме, что наряд не подходит случаю и попросила завезти ее домой, чтобы переодеться.
Можно подумать, у нее дома есть что-то подходящее! Что-то красивое и сексуальное. Ладно, в сторону сарказм и иронию.
Делаю еще один красивый жест. Вместо того, чтобы отправиться домой, везу ее в дорогой бутик, где продают отменные шмотки. Одна из моих бывших любила здесь наряжаться, особенно за мой счет.
У Лисовой глаза на лоб лезут, когда платье на примерку приносят, и она замечает ценник.
— Рома! — в ужасе шепчет чудное создание. — Так нельзя! На эти деньги можно месяц питаться.
Что за манера все измерять в килограммах провизии?
— Да, — киваю, буквально впихивая ей в руки платье, — а еще можно собрать гуманитарную посылку голодающим народам Африки. Примерь!
Я из принципа заставлю ее нацепить платье и куплю его. Просто, потому что так хочу!
Она сопротивляется еще пару минут, и растерянная девушка-консультант не знает, что делать. То ли уносить одежду, то ли оставлять.
— Вам не нравится платье? — уточняет осторожно у Варьки, с опаской косясь в мою сторону, потому что я уже начинаю заводиться.
— Нравится, — пищит Мышь, — но…
— Раз нравится, то иди и надевай, — запихиваю ее в кабинку и в сердцах задергиваю шторку, — три минуты у тебя. Иначе сам переодену, намажу клеем и заставлю ходить в нем месяц, не снимая!
Ну, что за девка такая странная??? Пищать должна от восторга, что в такое место притащил, а она ломается.
Из кабинки доносится возня, а я стою словно сторожевой пес снаружи и жду, свирепо сложив руки на груди.
Сейчас скажет, что мало, что не налезает, что не ее фасон. Или еще какой-нибудь отмаз придумает.