Автор
В зеркале отражается неуверенная девушка с черными глазами и глубокими кругами под веками. Одеяние грубое, а сама она изможденная, каким-то странно выглядящая после долгих ночей в компании алкогольного употребителя. Это лишь начало истории о свободе — внутренней, которая может быть найдена даже там, где кажется больше всего притеснений....
На его лице играют желваки, когда он дергаными движениями застегивает свои джинсы, запихивая в них эрегированный член. Клянусь, он матерится про себя, а я подбираю свои джинсы и спешу в них влезть.
О чем я только думала? Здесь же камера!
Я поднимаю лицо. Ну точно! В углу под потолком!
Мотаю головой, застегивая джинсы, и наклоняюсь за клатчем. Поднимаю выпавшую из него пачку денег и протягиваю ее Кристиану, уже откупорившему Полинкину минералку.
— Сладкая моя, — смеется он, — секс со мной стоит дороже, — и начинает жадно глотать из горлышка.
— В таком случае мне придется пользоваться эскорт-услугами проверенных компаний с гибкой системой скидок, — отвечаю я, выпрямившись и шагнув к нему вплотную. — Девушка я теперь свободная, но не богатая.
Заведя руку за его спину, я наблюдаю за тем, как по его подбородку стекает вода, заливая футболку, и нажимаю кнопку на панели. Лифт снова поднимает нас наверх.
— А теперь говори, что ты тут делаешь? — спрашиваю я таким тоном, будто мы десять лет в браке, а мой муж-скотина пойман с поличным на своей «рыбалке».
— Тебя ищу, — скалится он, спиной прижимая меня к холодной стене и блокируя мои движения.
— Не волнуйся, твои деньги я не потратила. Все до копеечки у меня.
— А как же продажный адвокатишка?
Я коварно улыбаюсь и, глядя ему прямо в глаза, смело отвечаю:
— Мы с ним летим на Мальдивы.
Кристиан меняется в лице. Десятый раз за то время, что мы в лифте.
Кабина в этот момент замирает, двери разъезжаются, и мне удается выскользнуть из лифта. Я уже шагаю по коридору, когда слышу, как Кристиан в последний момент задерживает задвигающиеся дверцы, и те с грохотом выпускают его из плена шахты.
— Постой! Ты что, серьезно?! — Он хватает меня за локоть и резко разворачивает к себе. По его лицу скользят тени ревности, возмущения и алчности, и я прыскаю смехом.
— За кого ты меня принимаешь, Крис?
— Тебе лучше не знать, за кого я тебя принимал до недавнего времени.
— Ох, какой грубый, невоспитанный мальчик! — Я игриво грожу ему пальчиком, забираю минералку и иду дальше.
Полинка все еще валяется в постели. Окна в комнате так же наглухо закрыты, и от перегара здесь режет глаза.
Кристиан вваливается в номер вслед за мной, даже не пытаясь спросить приглашения. Обводит комнату мрачным взглядом и на каких-то необъяснимых хозяйских правах спрашивает:
— Так ты сюда перебралась?
— Господи, ну его-то ты зачем притащила? — со стоном протягивает Полинка, беря у меня воду.
— Брат же, — смеюсь я и открываю окно.
