Осведомителей при ней не присутствовало.
Зато благодаря слугам-шпионам стало известно, что Риглон, помимо всего прочего, сумел прижать к ногтю Предводителя Воинского Разряда и управляющего дворцом Ягета. То ли смог их уговорить, то ли припугнул при помощи какого-то "убойного" компромата, то ли просто использовал "втёмную", не раскрывая до конца своих целей. И, что на самом деле наиболее серьёзное, на днях он смог найти подход и к Рунку - начальнику дворцовой охраны. Во всяком случае, в последнем докладе Рунка подозрительным образом отсутствовали важные детали, которые непременно должны были быть услышаны подчиняющимися ему осведомителями.
И вот это уже было страшно. Во-первых, от начальника дворцовой стражи Риглон мог узнать о факте слежки за собой. Во-вторых, вышеперечисленные три чиновника, вместе взятые, контролировали почти все наличные силы внутри дворца. Так что от удачного переворота лорда Риглона отделяло фактически только его собственное нежелание пока этот переворот совершать.
- Что ты предлагаешь сделать, моя королева? Мне пристрелить его?
- Нет, он должен первый на тебя напасть. Иначе я не смогу потом уберечь тебя от гнева остальных владетельных лордов.
- Как?! Что мне сделать, чтобы он напал на меня? На мои слова, даже на прямые оскорбления этот ублюдок не реагирует.
- Оскорблять можно не только словами, мой рыцарь. Посмотри на его дочурку. Она - единственное, что у нашего дорогого лорда есть дорогого для его души.
- И что мне прикажешь совершить с этим ребёнком? - хмуро спросил Павел.
То, куда клонила Милу, ему категорически не понравилось.
- Ты жалеешь её? Думаешь о её чувствах? О своей репутации? Или о своей совести? - вкрадчиво спросила королева. И продолжила жёстким тоном: - Подумай лучше о тех реках крови, что прольются, когда лорд Риглон, наконец, решится выступить против моей власти!
- Повинуюсь, моя королева, - скрепя сердце, согласился Павел.
- Сделай это сейчас, когда я выйду из зала! - приказала она. - Не смей ждать и сомневаться! Сегодня Риглон должен умереть!
Дипломатический приём, тем временем, подошёл к своему завершению. Посол окончил свою речь и вручил пергаментный свиток с вверительной грамотой. На все иносказательно заданные им вопросы он получил столь же иносказательный ответ: "Такие дела, мил человек, с кондачка не решаются. Ты пока в гостевом домике поживи, а мы пока подумаем, о чём с тобой говорить, и говорить ли вообще".
Королева встала с трона и, величаво пройдя через весь зал по образованному придворными живому коридору, покинула помещение. Часть присутствующих (в частности, вся её личная свита) последовали за ней, но большинство осталось, чтобы обсудить речь посла и данный на неё ответ.