Автор
Ника поднимается на пятый этаж старого общежития, где запах сырых полов омрачает воздух. Она бросает сумки и сразу же чувствует потребность в одиночестве — поплакать, обняться и укрыться в прохладной комнате. Жизнь кажется безнадежно сложной задачей для нее, а верить кому-то — еще большей ошибкой....
Скользнул вниз по шее, втягивая губами нежную кожу, оставляя на ней следы. Подул немного на второй сосок, мягко взяв его в рот, пососал, выпустил твердую горошину и снова подул прохладой, заставляя его твердеть ещё больше. Потом слегка прикусил, Я вскрикнула от неожиданной боли, но тут же издала протяжный стон, когда Егор начал лизать сосок, дразнить его зыком, словно зализывая рану, после укуса.
— А-а-а...Егор, боже мой...а-а-а, — под прикрытыми веками рассыпались снопы искр.
Егор оторвался от меня, дал привстать и снять окончательно платье, следом полетели и трусики, жутко мокрые.
— Можно я тебя сама раздену?
— Конечно, только поторопись. Я тебя пиздец, как хочу, — погладил через брюки эрегированный ствол по всей длине, скользя плавно и эротично. Я подняла глаза, чтоб встретиться с его и ахнула, столкнувшись с его диким, одержимым взглядом.
Я подошла ближе, начала с рубашки. Каждая расстёгнутая пуговица открывала больше доступа к его телу, я от волнения и нахлынувших эмоций, даже начала жевать нижнюю губу.
"— Малышка, у меня заканчивается терпение, — сглотнув вязкую слюну сказал Егор, нетерпеливо поглаживая ладонью член через трусы.
Я потянула трусы вниз, понимая, что член так и норовил выпрыгнуть из них. Мне стало интересно и я придержала его пальцами. Егор томно выдохнул.
— Малыш, ты меня сегодня убьёшь. Действуй смелее, можешь сжать крепче... Да... — прикрыл глаза, рыкнув. — Вот так! Да, продолжай...
Я сжала пальцы, двинула кулаком вниз, потом вверх.
Наша одежда валяется в стороне на полу.
