Автор
Встретившись в жестокой буре недовольства и непонимания, два взрослых человека оказались в невиданных ситуациях. Ужасающая правда пытается вырваться из толщи обстоятельств, несмотря ни на что — и только укрепляет их связь в самой запутанной истории о непреодолимых взглядах и последовательных шагах....
А пять лет назад, когда ее болезнь зашла слишком далеко, она призналась во всем мужу. Он не сразу поверил, но в итоге все-таки сделал тест ДНК. И убедился, что Витя — не его ребенок. Однако мой брат был человеком сентиментальным и решил не ворошить прошлое. Пока не попал под прессинг коллекторов и не остался фактически без всего. Некогда успешный бизнес пошел ко дну, и тут он вспомнил, что жена рожала в элитной клинике. А значит, у пацана родня должна быть обеспеченной. И поможет Вите, если он не выплывет.
Олег многозначительно замолчал.
— И он, конечно, не выплыл? — холодно спросил Никас.
— Не выплыл. Рассказал мне это, когда стало совсем туго. Попросил разыскать родных и позаботиться, чтобы его сын не остался на улице из-за его долгов. А несколько месяцев назад моего брата не стало.
— Как благородно, — процедил брат. — Но, пожалуй, вы ошиблись дверью — здесь не подают. Так что вам лучше уйти.
Костомаров недовольно цокнул языком и ухмыльнулся.
— Пока мы хотим договориться по-хорошему. Но если нет… Пойдем в суд.
Ник мельком взглянул на Алексея Викторовича, и тот едва заметно качнул головой.
— Олег Дмитриевич, — заговорил адвокат, — вы должны понимать, что с наскока такое не решается. Ева и Никас недавно потеряли отца. И, конечно, им нужно осознать новые обстоятельства. Так что предлагаю перенести наш разговор. Давайте, вы оставите мне свои контакты, и я свяжусь с вами, чтобы назначить новую встречу и заодно обсудить детали сдачи теста?
Я видела, каким злым был Никас.
Костомаров смерил нас оценивающим взглядом, а затем кивнул.
— У вас пара дней. Не выйдете на связь — я пойду в суд. Идем, Виктор.
Парень бросил на меня прощальный взгляд. Усмехнулся и вышел вслед за опекуном. И только тогда я хоть немного расслабилась.
Алексей Викторович выглядел растерянным.
— Вы знали? — сдержанно спросил Ник.
— Честно? Нет, — качнул тот головой. — Понятия не имел, что у твоего отца был такой скелет в шкафу.
— И что нам теперь делать? — осторожно спросила я.
— Для начала успокоиться. А затем хорошо подумать.
Никас продолжал хранить молчание. Он был мрачным и напряженным. Словно готовился к войне. И, возможно, в чем-то это так и было. Он достал тот самый конверт и задумчиво покрутил в руках.
— Я вас, пожалуй, оставлю, — предложил адвокат, заметив это.
