Автор
Встретившись в жестокой буре недовольства и непонимания, два взрослых человека оказались в невиданных ситуациях. Ужасающая правда пытается вырваться из толщи обстоятельств, несмотря ни на что — и только укрепляет их связь в самой запутанной истории о непреодолимых взглядах и последовательных шагах....
В первый раз я настолько была ошеломлена новостью про отца, что не обратила внимания на эти слова, но по-всему выходило, что у мамы был еще ребенок, кроме меня?
Неужели…
Она не писала прямо, но, видимо, он не выжил? Или не родился? Почему? Что случилось? Она его потеряла? Почему винила себя в этом? На раннем сроке? Ведь иначе бы Никас обязательно знал об этом. Ему же было достаточно лет. Но он никогда не упоминал об этом.
Хотя о чем это я? Он вообще не особенно со мной разговаривал с определенного момента! Еще и обвинил, что я с ним флиртовала!
Стыдно признаться, но, наверное, его слова не были так уж далеки от правды.
Ник был красив и харизматичен. А я так нуждалась хоть в чьем-то внимании, раз уж отец регулярно повторял, что я не должна пока возвращаться.
— Еще рано, Ева, — говорил он, когда я просила вернуть меня домой. — Подожди немного, доучись.
Я не понимала, почему. Думала, что что-то делала не так, не слишком хорошо училась. И каждый раз стискивала зубы, старалась впечатлить папу успехами. Но все было тщетно — он лишь повторял свои слова и закрывался от меня, практически не проводя со мной время, когда я прилетела в Россию.
Ответ был на поверхности, я просто не знала об этом. Не могла допустить мысль, что я — нежеланный ребенок, навязанный ему браком по договору. Он был вынужден “любить” меня, потому что полюбил мою маму.
Не более того. Тем более что у них должен был родиться свой ребенок. Что было бы со мной тогда? Уделял бы он мне тогда время, или я стала бы лишней уже в тот момент?
От таких мыслей по коже пробегал мороз, и лютое чувство тоски застряло в груди, замораживая напрочь.
Вот так неожиданно оказалось, что я была совсем одна. Наверное, где-то там был мой биологический отец. Но, видимо, его я тоже не особо интересовала. Как и Антония…
Неудивительно, что он решил меня пристроить с выгодой, ведь у меня все же была его фамилия.
А я ведь почти передумала в тот раз. Пока не услышала по телефону роковую фразу, решившую все окончательно.
— Время пришло. Ты должна приехать. Это важно для семьи. Помни, ты Адамиди.
Я так долго ждала, что меня позовут обратно, что когда услышала это вот так… Важно для семьи. Он не сказал, что соскучился, что услышал мои просьбы, что был неправ. Нет.
