Ночью я озабоченно ждала своего первого полового контакта, когда внезапно чувствую себя истомленной и возбужденной как никогда. Адам пришел к мне в комнату с намазанными чернилами дьяволом, его кожа мерцала от магической энергии. Он с легкостью оделся, а затем начал по-настоящему брать меня, словно узрев в моих сознании только искру жизни....
На глаза давят слёзы…
Сейчас на весь мир опозорюсь!
Будет катастрофа, если мама вдруг увидит эту запись, как я целовалась со всеми подряд.
Я так сильно упаду в её глазах…
– Руки убери!
Адам буквально вырывает меня из лап урода, пряча за своей спиной.
– Не понял!
– Она не будет с тобой это делать. Тем более на камеру. Тем более за бабки.
– Это прикол какой-то? В смысле не будет? Кто приходит на вечеринку – соглашается со всем без колебаний. Правила знаете.
– Не в этот раз. Пошли, Вероника, – твёрдо и властно заявил он, увлекая меня за собой.
Вероника…
Ох, чёрт, ни разу меня так не называл.
Во рту разлилось странное послевкусие.
– Адам, войны захотелось? Из-за чего? Из-за тёлки? Ты спятил? – кто-то со стороны вмешался, преграждая дорогу, Адам лишь сильнее напрягся и ещё сильнее сжал мою руку.
– Ну предложи публике замену. Марка поцелуй.
– Издеваешься?
– Они хотят другой замены, – голос со стороны монитора.
– Чего?
– Дуэль. Адам против Германа.
* * *Воцаряется молчание.
Я стою едва живая…
Адам и Герман.
Застыли друг напротив друга, словно два зверя, готовясь воевать за территорию.
– Фигню хотят! Мы с Адамом с детства дружим, реально думают, будем драться из-за тёлки? Так ведь друзей на тёлок не меняют.
Решительно подходит, тянет руку чтобы схватить меня за шею. Реакция у Адама мгновенная – мне ли не знать. Он перехватывает Германа за запястье, выворачивая его руку за спину. Слышится хруст.
– Бл******ть! Пусти, ты че делаешь?!
– Я не в настроении сегодня махать кулаками.
Адам усиливает хватку, так, что Герман начинает опускаться на колени. Рычать и скулить.
Кошмар, сколько силы.
Как ему это удается?
Он же одной рукой его нагибает.
Левой, причём!
А второй держит меня.
Кругом мертвая тишина.
Только слышно, как Герман кряхтит, корча рожу.
Судя по раскрасневшемуся, потному лицу, ему нереально больно.
– Я сказал она МОЯ! Только я имею право над ней издеваться и цело… – откашлялся, не договорив. – Ясно?
Ещё сильнее усиливает нажим, до второго хруста, буквально выбивая из друга то, что он хочет услышать.
– ЯСНО!
– На этом дуэль закончим. Правила вечеринки выполнены. Я победил.
Лишь только тогда с гордым видом отпускает свою жертву.
Выдыхаю с облегчением.
Боже, я была на грани инфаркта…
Пронесло.
Не хватало, чтобы из-за меня кто-то дрался.
Так, чтобы в кровь, до сломанного носа, мяса на сбитых руках.
Брр, ужас!
Адам победил.
Победил бы в любом случае.
