Автор
В сводной гадости Иван чувствует себя неловко, будто подросток в лихорадке — устал и бессилен перед важным разговором. А Марат, как всегда, не жалеет сил: его кулаки словно щипают воздух между ребёнком и взрослым. В это время Иван чувствует странную холодь в душевном пространстве — словно открытое окно на летнюю ночь, где с каждым мигом температура падает ниже ноля....
Похоже, «Сводный гад» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Пока ползем на первой по ухабинам рассказываю о вчерашних приключениях.
Пацаны косятся на меня в зеркало заднего вида.
— Иии?
— Что — и? Всë.
— А с Царевной?
— Что — с Царевной? — туплю я.
— Ну вы же… «не»?
Опускаю взгляд.
— Яшин?!
— Да не было ничего почти…
Было, на самом деле. А как было — уже детали.
Пацаны качают хмуро головами.
— Тормози, Яш.
— Я её не трогал.
— А она тебя?
— За ручки подержались — считается?! — зло психую я.
— За ручки — нет, ты в неё главное членом не тыкай! И в ручку его не вкладывай.
— Вот сюда поворачивай! — показываю я. — Аккуратно! Там каша.
Не доезжая до застрявшей тачки, тормозим на подъёме. Надеваем с Маром на колёса цепи.
Стреляю у Ромки сигареты. Марат с Аленкой — больше не курят. Правильно, чего им курить, когда можно без ограничения кайфовать и трахаться. А тут глаза уже на лоб лезут…
Ромка идёт вперёд оглядывает застрявшую машину.
— Ого…
Иду к нему.
Делает несколько шагов назад к воротам, рассматривая масштаб трагедии.
— Вань! — вылетает Ярославна, врезаясь прямо в него.
Он ловит еë за талию, чтобы не сбилась с ног.
В футболке и трусиках! Как обычно сверкает задницей.
От того, как на мгновение они застывают глаза в глаза, у меня взрывается внутри неконтролируемый ядерный гриб, отрывая башку!
Потому что Ромка ей улыбается. А она так сладенько растерянно прикусывает губу…
Не поймав себя, агрессивно делаю шаг к ним и…
И что — Яшин?! Что дальше-то??
Но Яся, выкрутившись, растеряно забегает за мою спину, утыкаясь носом мне в плечо. Наши кисти рефлекторно отыскивают друг друга, пальцы сплетаются.
Моя… Моя!!
Ромкин взгляд сползает ниже пояса, ловя её голые бёдра.
— Взгляд поднял, — негромко бросаю я.
Встряхнувшись, рывком отворачивается.
— Штаны надень, — рычу на эту козу.
Смывается обратно в дом. Ромка медленно разворачивается.
— Идиот ты, — закатывает глаза. — Я уж думал морду бить кинешься.
— Знаю… — покаянно закрываю глаза. — Но вот так.
— Нихуëво вы за ручки держитесь.
— Ну членом-то не тыкаю!
— Но ревнуешь…
— Адски, — признаюсь я.
— А как же, тогда, Эдик?
— Да какой, блять, Эдик?! — закатываю глаза. — Это ж принцесса нежнее Царевны!
Одевшись, Яся снова выходит к нам. Здоровается с парнями.
Мы делаем настил из еловых лап, она с любопытством крутится рядом.
— А аристократ-то наш где? — бросаю взгляд на окна. — Вышел бы, помог.
— Ему плохо, у него температура и горло, — пожимает плечами Яся.
Марат достаёт пару бутылок спортивного изотоника.
— Пусть выпьет, полегчает.
