Автор
Несмотря на кажущуюся простоту фундамента семейного счастья, многие оказываются в изнеможении, когда их крепкое убеждение в вечной надежности домашней стабильности внезапно рушится. В этой истории знакомы всем мелочи быта и любовь, но с каждым дрогнувшим звуком разваливающейся конструкции все яснее становится, что настоящая прочность лежит в других местах — вне стен жилища и за пределами привычной жизни....
– Представляю, как бы вы в нем смотрелись!"
"Подал Анечке руку, притянул к себе на колени, с неподдельным восторгом провел по точеным коленям…
Поднял голову – а вот и вырез блузки рядом, и губы уже приоткрыты, куда хочешь, туда и утыкайся!
– Нет! – Константин вскочил, ловко усадив Анечку в свое кресло. – Нет! Мужская дружба дороже!
У бедной Анечки был такой несчастный вид, что Константин понял: дело сделано!
– Хотя подожди, а почему нельзя?! – воскликнул вдруг.
Ох, как она просияла, бедняжка!
– Анечка! – Константин рухнул перед ней на колени.
Анечка снова кивнула, даже не спросив, что такое – еще раз по морде.
Ну и хорошо, что не спросила!
– Знаете, – прошептала она, восторженно глядя в его глаза, – мне бы очень хотелось в Америку! Костя… Я вам правда нравлюсь?
– Анечка!.. – Врать прямо вот так, в лоб, не сильно хотелось, поэтому Константин нашел для своих губ и языка другое занятие – поцелуи.
Самое время было сейчас появиться хозяину дома и этой женщины, но он, похоже, зачитался…
Молодец Лилька. Значит, и впрямь хорошо пишет, если издатель так зачитался, что у него хоть мебель выноси, хоть любовницу уводи!
Внезапно Анечка отстранилась и выдохнула пылко:
– А давай все бросим? Убежим прямо сейчас? Не люблю прощальных сцен.
И воровски хихикнула.
– Быстро одевайся! – скомандовал Константин.
Анечка умчалась в прихожую.
Сергей сидел, уткнувшись в рукопись, блаженно улыбаясь.
Взглянул на Константина, такое ощущение, не сразу поняв, кто это, воскликнул восхищенно:
– Слушай, молодец Карамелька! Невозможно оторваться, представляешь? Я даже забыл, что у меня гости.
– Анечка! – крикнул Константин. – Зайдите на минутку.
Она вбежала – уже в шубке, схватила Костю под руку, потупила глазки…
Сергей снял очки, уставился на них недоумевающе:
– А что, собственно, происходит?
– Ну, если тезисно, – улыбнулся Константин, – то Анечка тебя бросает.
Сергей побледнел.
– Она со мной в Америку собралась, – объяснил Константин, – ну а там скорей всего бросит и меня. Да, Анечка?
Она машинально кивнула. Блудливо-смущенная улыбочка все еще порхала на губах.
– Найдет себе побогаче, – продолжал Константин. – Правда, Анечка?
Она поморгала, похоже, начиная вникать в смысл его слов, и удивленно спросила:
– Что?.
