Автор
Несмотря на кажущуюся простоту фундамента семейного счастья, многие оказываются в изнеможении, когда их крепкое убеждение в вечной надежности домашней стабильности внезапно рушится. В этой истории знакомы всем мелочи быта и любовь, но с каждым дрогнувшим звуком разваливающейся конструкции все яснее становится, что настоящая прочность лежит в других местах — вне стен жилища и за пределами привычной жизни....
Знал бы Эндрю, сколько ловкости стоила ей эта неловкость! А когда Кира увидела, каким странным взглядом смотрит он на осколки и лужу шампанского на полу, она окончательно поверила, что Егор предупреждал ее не напрасно.
Ее затрясло так, что Эндрю это заметил:
– Посуда бьется на счастье. Что ты так дрожишь?
Привлек Киру к себе, потянулся поцеловать, но она напряглась, не давалась.
– Что с тобой? – удивился Эндрю. – Первый раз, что ли?
Кира закивала, не вполне понимая, о чем он спрашивает:
– Да… Утка! Там утка!
И кинулась на кухню, как за спасением, чувствуя, что не может больше выдерживать эту игру, мечтая, чтобы все кончилось, все уже кончилось, вся эта игра в шпионов! Егор говорил, что следует дать возможность Эндрю остаться одному на десять-пятнадцать минут.
– Она боится, – сочувственно сказал Петр Петрович в мансарде.
Егор угрюмо кивнул. Он это давно понял, и он тоже хотел, чтобы все скорей кончилось.
Может быть, пока Кира на кухне, Эндрю бросится в кабинет?..
Но нет, в кабинете тихо. Кажется, не рискнул.
Тем временем Кира украдкой выглянула из кухни и увидела, что Эндрю задумчиво стоит посреди гостиной. Ну иди же, иди в кабинет! Не решается. Боится, что она выйдет, увидит, что его нет, отправится искать…
Что же такое придумать, чтобы Эндрю был твердо уверен: минимум десять минут спокойных поисков ему обеспечены?
Нашла!
Кира схватила противень с уткой и швырнула его на пол, постаравшись сделать это так, чтобы жирные брызги попали ей на платье.
– Утка!
Эндрю понял: случилось что-то неладное.
– Кира, что такое?
Заглянул на кухню, увидел куски мяса на полу – вперемешку с раздавленными яблоками и растекшимся по всей кухне подливом…
И пристально вгляделся в лицо Киры.
Девушка бессвязно бормотала, отводя глаза:
– Я так старалась…
– Я не могу слышать, как дрожит ее голос! – пробормотал Егор наверху.
– А Джеймсу, похоже, нравится! – усмехнулся подполковник – и добавил успокаивающе: – Да не волнуйся, Егор. Все по плану.
– Да не волнуйся, Кира, – донесся снизу голос Эндрю. – У меня будет шанс побывать у тебя в гостях еще раз.
«Ишь, чего захотел!» – мрачно подумал Егор.
«Не дай бог!» – в ужасе подумала Кира.
