В мире много изменений — в стране, в мире и внутри нас. Однако эти романы не потеряли своей актуальности. Они не только отражают прошлое, но прежде всего о людях, их взаимодействиях и выборах между добром и злом. В них читатель найдет искру своего времени.
Попытаться открыть дверь и выпрыгнуть из машины на ходу? На такой скорости можно и убиться, а даже если бы и повезло — «лифтеры» все равно добили бы, не дали бы уйти далеко. Но что же делать?
— Скоро доедем до места, — сказал Перш.
Сво задумчиво просвистел какую-то руладу и поделился с напарником своими сомнениями:
— Ну, допустим, место мы найдем. А машину-то не перепутаем? Может, зря Валеру угомонили?
Перш успокоил его:
— Пропустить или перепутать милицейскую машину, которая привезет заместителя начальника УУРа, — это было бы странно.
В этот момент Штукину пришла в голову очередная «гениальная» идея — он решил сыграть на характере и наглости. Валерка резко сел (от этого движения его снова затошнило) и, как ни в чем не бывало, спросил:
— Так я что, не в теме?
Перш от неожиданности чуть дернул рулем, и машина слегка вильнула, но тут же выровнялась.
— Сейчас будешь! — вздохнул Сво. Он приобнял сзади Перша, забрал у него пистолет ТТ и пару раз ударил наотмашь Штукина рукояткой в голову.
— Вот неугомонный! — сказал Сво. — Я из-за него пальцы отбил.
— А ничего парень! — цокнул языком с сожалением и уважением Перш. — Свой!
— Такие свои в овраге лошадь доедают…
А потом голоса растворились в каком-то звоне, и Штукин выключился окончательно…
…Когда он снова очнулся, машина уже не ехала, а стояла.
— Глянь, вот они! — громким шепотом сказал Сво. — Смотри, выходит… идет во двор. Это, наверное, Крылов и есть. Значит, он за бабками пошел. Сейчас будет возвращаться! Ну!
После очень короткой паузы Перш лязгнул чем-то металлическим и скомандовал:
— Дай бог, не в последний.
«Лифтеры» открыли дверцы и почти синхронно вышли из машины.
А «лифтеры» уже неторопливо шли к черной машине с мигалкой. Идти им надо было метров сорок — они специально поставили свою машину интересно для себя.
Перш, словно почувствовав в «девятке» какое-то шевеление, оглянулся, но даже не стал останавливаться, лишь мотнул головой назад:
— Свинтит.
