В канун новогодних праздников 1941 года началось контрнаступление советских войск под Москвой. Германская армия вынуждена была откатиться в оборону из-за истощения ресурсов и потерь солдат. Атмосфера стала напряженной, как в гидронавтской лодке — каждый шаг важен для наступления....
– Какая глупость! – Мухавец мотнул головой, словно сбрасывая прилипшее наваждение.
– Вы не знаете, как он выглядит, но все равно уверены в том, что он находится здесь, не так ли? – задал резонный вопрос Слесарев. – На каком основании, можно поинтересоваться?
– Эти основания вас не касаются, – отрезал Глеб. – Все в порядке, товарищи. Тем, кто не Амосов, можно не волноваться. В ближайшее время выйдем к своим, передадим вас в дивизионную разведку. Дальнейшее – дело пятнадцати минут. Если нужный человек не будет опознан, вы получите извинения.
– По крайней мере, это точно не я, – заявил Хлебников. – Быстрее бы уж все решилось.
– Предлагаю признаться. – Шубин поедал глазами этих людей.
Возможно, он совершил ошибку, поспешил, сделав ставку на свою наблюдательность. Предатель оказался куда более искусным лицедеем, чем он думал. Либо не было среди них такового.
Однако это вообще не его дело. Ему приказано доставить этих личностей куда надо. Дальше пусть разбираются соответствующие инстанции.
Но что-то не давало ему покоя.
– Ну что ж, значит, нам нужно идти быстрее, – сказал Слесарев. – А то эта ситуация начинает уже томить. Какой же, право, вздор. – Он покосился на мрачнеющего Мухавца.
Тот явно пребывал не в своей тарелке, но пытался сохранить спокойствие.
– Это не просто вздор, а безумие, – заявил Мухавец. – Вам, товарищ Шубин, нужно увольняться из армии и писать фантастические истории.
– Сохраняйте спокойствие. Органы разберутся.
– Я и сохраняю.
«Вот сраму будет, когда обнаружится, что среди них нет Амосова, – подумал Глеб. – Ладно, переживу. Никого еще не привлекали за излишнюю бдительность».
– Товарищ лейтенант, мы возвращаемся другой дорогой, – проговорил Краев. – Не боитесь, что заблудимся? Долго еще идти?"
"– Заблудиться трудно, боец, – ответил Шубин.
Покатые низины были погребены под снегом. Здесь с осени не ступала нога человека, только зайцы бегали. Их следы встречались то и дело.
Движение практически встало. Ноги людей проваливались в рыхлую массу. Они отдувались, с трудом выбирались из снежного плена.
