Не сбрасывая скорости, мужик входил в повороты, люлька подпрыгивала, и я краем глаза видела, как моталась Ленкина голова. Кошмар длился долго. Наконец, заложив особо крутой вираж, дядя Сеня вылетел на небольшую площадь. Рев стих.
– Ну как вам, девки? – заржал шофер, страшно довольный собой. – С ветерком, да быстро, не то что на автобусе сраном.
– Спасибо, дядя Сеня, – пропела Ленка, выпутываясь из брезента.
– За так не отделаешься, – ухмыльнулся водитель. – Пускай маменька стакашку поднесет.
– Это мы завсегда, – заверила Лена, – чай, самогонка своя, не купленная.
Дядя Сеня счастливо захрюкал и толкнул покосившуюся калитку.
– Вот ведь хрен с горы, – вздохнула Лена, – самогонки ему, а за что? Все равно домой ехал. Да еще несется, словно бешеный, всю жопу отбила.
– Это Кукуево? – спросила я, оглядываясь."
"На площадь выходило три избы, две покосившиеся черные развалюхи и одна довольно крепкая, даже под новой крышей.
– Кукуево, – подтвердила Лена и поинтересовалась: – А вам кого?
– Егора Скотинина.
– Тут такого нет, – с уверенностью сказала девочка. – У нас всего четыре семьи живут: мы с мамулькой, дядя Сеня с бабой Асей, Валька, а на старой улице Гоша. Больше нет никого, да вы у маменьки спросите, она всех знает, и старых жителей и уехавших, в конторе работала, зарплату выдавала.
– Веди к маме, – велела я, жалея, что не прихватила на станции хоть какой-нибудь тортик.
Ленка пошла к избе под оцинкованной крышей. Дверь открывалась на террасу, но зимой ей не пользовались, превращая в склад. Девочка толкнула следующую, обитую черным дерматином дверь и крикнула:
– Мамусь…
– Пришла, коза, – донеслось откуда-то из глубин.
– Гостью привезла, – не успокаивалась Лена.
– Да ну? – удивилась женщина и вышла в коридорчик. – Надо же, к нам редко кто приезжает… – Извините, – попыталась я начать разговор.
– А нас дядя Сеня вез, – радовалась девочка.
– Понятно, – рассмеялась мать, – вот натерпелись, бедолаги, раздевайтесь, пообедаем, картошечка поспела.
Отказаться от такого радушного приглашения было невозможно. На кухне, половину площади которой занимала русская печь, женщина вытащила из нее чугунок и поставила на стол. Круглая белая картошка исходила паром. К ней подали соленые огурцы, квашеную капусту и домашнюю тушенку.
– Ешьте, ешьте, – хлопотала женщина и предложила: – По рюмашке?
– Нет, спасибо, я не пью.
– Я тоже, – засмеялась хозяйка и сказала: – Меня Рая зовут, а вас?
– Евлампия.
– По делу к нам?
– Ищу Егора Скотинина…
Рая вздернула вверх брови:
– Вы ничего не путаете? Егора никогда здесь не было.
– А кто из Скотининых был?
– Олег и Георгий, два брата, а потом Олег женился и уехал, а Горка тут остался, с матерью.
– Разве Наташа не уехала с Олегом? – искренне удивилась я.