Автор
В Институте Склифосовского девушка со сломанной ногой оказывается в центре загадочных смертей. Её соседки по палате умирают при странных обстоятельствах, и главная героиня вынуждена распутывать опасную тайну, чтобы спасти себя и других пациентов от неизвестной угрозы.
Кстати, именно поэтому Настена и решила писать об эстраде.
– Может, она и впрямь не из Москвы? – задумчиво протянула я.
– Нет, – улыбнулся Виктор, – прописка столичная, квартира огромная, просто темная девушка!
– Вы ее бабушку видели?
– Никогда, старушка скончалась, когда Настя десятый класс заканчивала. Досталось ей, конечно, по первое число. Одна-одинешенька жила на крохотную пенсию да стипендию. Иногда еду не на что было купить. Поэтому она со мной и развелась, – вздохнул Звягинцев.
– Да? – не поняла я. – Вы-то тут при чем?
Виктор крякнул и потер затылок.
– Дурак молодой. Помните, был такой главный редактор журнала «Эпоха» – Звягинцев Николай Иванович?
Я кивнула. Как же, одно из самых популярных в советское время изданий, тираж которого подбирался к миллиону экземпляров. А Николай Иванович собрал все возможные регалии – член ЦК, депутат Верховного Совета СССР…
– Мое отчество – Николаевич, – усмехнулся Виктор.
Я удивилась:
– Вы его сын?
Звягинцев смутился:
– Нет, но на первом курсе журфака начал всем рассказывать, будто Николай Иванович – мой отец.
– Зачем?
– Говорю же, дурак, – вздохнул мужик и уставился в окно. Помолчав пару секунд, он пробормотал: – Чего уж там, слушайте.
Глава 21
Витя на самом деле был родом из крохотного города Камышинска. Поступал на престижный факультет журналистики МГУ, имея в кармане золотую медаль и два года рабочего стажа на заводе. В приемной комиссии только вздохнули: с таким документами парень гарантированно попадал на первый курс. Мог даже экзаменов не сдавать!
Факультет журналистики главного университета страны всегда-то был местом, где роились детки высокопоставленных родителей, а в середине восьмидесятых там просто плюнуть было некуда. Обязательно попадешь в дочурку какого-нибудь главного редактора или сынка писателя.
Поэтому Витюша чувствовал себя не слишком свободно и никому не рассказывал о родителях. Иногда любопытные сокурсники лезли с вопросами. И тогда парень загадочно сообщал:
– Мои родители имеют отношение к прессе.
Что, в общем-то, было сущей правдой. Мамочка работала вахтером в газете «Правда Камышинска», а отца, пока тот не спился до смерти, нанимали чинить типографскую машину.
