Легендарный Сыч считается мертвым, но он жив и продолжает наводить страх на своих врагов. Когда его злейший враг Зелимхан объявляет огромную награду за его голову, вокруг героя начинает сплетаться сеть интриг и предательства. За такие деньги каждый готов пожертвовать всем, что угодно.
Затем погасил фонарик, убрал его в карман, покивал головой, руки, сволота, потер оживленно и, обернувшись к своим, что-то сказал. Один из бойцов, стоявших вокруг «66-го», залез в кузов, извлек оттуда какую-то объемную сумку и притащил боссам. Прибывший здоровый мужик сел на корточки рядом с сумкой, расстегнул ее и вытащил какую-то тряпку. Понятно! Натуральный обмен. Попцов меняет комплекты обмундирования на стволы. Те самые «снега», «ночи» и «склоны», в которых так удобно сидеть в засадах и притворяться кучей мусора на пустыре. Обмен! Обмен! То есть — вариант «классика». Пацаны отдадут шмотки, перегрузят ящики, дождутся, когда партнеры срулят, а после повезут оружие в склад. И будут таскать его в хранилище. А мы — тут как тут. Да, вариант «классика». Полковника можно поздравить — не усох оперативный талант, дар предвидения и все такое прочее…
— На бинокль, полюбуйся, — от полноты чувств раздобрился я.
Джо дважды упрашивать не пришлось — метнулся ко мне, схватил бинокль и тут же приник к окулярам, не собираясь возвращаться на исходную. Ругать его я не стал — привыкаю помаленьку к безалаберности, — а принялся вызывать полковника, нырнув головой под полу фуфайки:
— Первый — Второму! Первый — Второму! Если принимаете меня, дайте два тона.
— «Классика»!!! — радостно взвыл Джо под самым моим ухом и в припадке радостной эйфории толкнул меня локтем в бок. — «Классика»! У-у-у-дядядя!!! Нет, ты смотри, какой расклад! Я вас люблю, пацаны!
— Да замолкни ты, дай шефу доложить, — незлобиво буркнул я и опять принялся заклинать:
— Первый — Второму! Если принимаете, дайте два тона! Первый — Второму! Если принимаете, дайте хоть что-нибудь!
— Принимаю, принимаю, — раздался в эфире настороженный голос полковника — показалось мне, что он находится где-то неподалеку. — Даю все, что хочешь. Как обстановка?
— Обмен, — лаконично доложил я, старательно сдерживая радость в голосе. — Возвращаться будут груженые. «Классика», короче.
— Обрадовал! — повеселел полковник. — Сколько бочонков?
— Пять, пять бочонков, — сообщил я. — Это помимо кадушки. Один лишний. Чтобы солить по-тихому, нам нужен еще один. Пятого пришлете?
— Все, Пятый сейчас идет к вам, — раздобрился Шведов. — Ждите. Я поехал вокруг, кадушку сам возьму. Смотрите мне там! До связи…
В этот момент прибывший на сделку грузовой «уазик» включил фары и ярко осветил стоявшие перед ним фигуры.
— Прав был Север, — возбужденно шмыгнув носом, пробормотал Джо, продолжая наблюдать в бинокль за участниками обмена.
