Легендарный Сыч считается мертвым, но он жив и продолжает наводить страх на своих врагов. Когда его злейший враг Зелимхан объявляет огромную награду за его голову, вокруг героя начинает сплетаться сеть интриг и предательства. За такие деньги каждый готов пожертвовать всем, что угодно.
Раздел Chitat.online для книги «Сыч – птица ночная» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Легендарный Сыч считается мертвым, но он жив и продолжает наводить страх на своих врагов. Когда его злейший враг Зелимхан объявляет огромную награду за его голову, вокруг героя начинает сплетаться сеть интриг и предательства. За такие деньги каждый готов пожертвовать всем, что угодно.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Лев Николаевич Пучков Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Легендарный Сыч считается мертвым, но он жив и продолжает наводить страх на своих врагов. Когда его злейший враг Зелимхан объявляет огромную награду за его голову, вокруг героя начинает сплетаться сеть интриг и предательства. За такие деньги каждый готов пожертвовать всем, что угодно.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Я тебя зачем послал? Найти и убить! Зачем ты привез его мне? Ты на кого работаешь, Серега?
— Я не смог, — еле слышно ответил Лось. — Он… он мой боевой брат. Я на тебя работаю. Поэтому привез.
— Ну, ясно все, — с каким-то огорчением произнес Зелимхан. — Открой багажник. Он в наручниках?
— Он к гире прикован. — Лось откинул крышку багажника, я вытащил голову наружу и некоторое время моргал, привыкая к свету.
Мы находились в какой-то неглубокой котловине. Небо имело место — черное, как гуталин, и полное звездей. Неподалеку виднелись очертания каких-то строений. Свет на меня падал от двух ярких факелов, которые держали в руках пара крепких молодых парней, стоявших по обе стороны от Ахсалтакова. Я быстро оценил экипировку этой парочки: хороший импортный камуфляж, на плечах стволами вниз — «АКМС» с присоединенными магазинами, на поясах у обоих пистолетные кобуры — судя по всему, не пустые, а к правой лодыжке каждого в специальных ножнах приторочен боевой нож. И похожи друг на друга как однояйцовые близнецы: на головах зеленые повязки, орлиные носы, черные, мелко вьющиеся волосы, совершенно одинаковые черты лица.
— Салам, Зелимхан, — хрипло пробормотал я, насладившись лицезрением его телохранителей. — Хорошие у тебя ребята. Не чечены?
— Здравствуй, Иван, — тревожно улыбнулся Ахсалтаков, доставая из плечевой кобуры «гюрзу» — недурственный отечественный пистоль калибра 9 мм, по всем параметрам превосходящий табельные «Макаровы» и «ТТ». — У тебя наручники какие — наши, импортные?
— Отечественные. — Я вцепился взглядом в тускло поблескивавшее в руке своего давнего врага оружие и настороженно поинтересовался:
— А что ты собираешься делать?
— Я тебя убью, — не стал скромничать Ахсалтаков. — Но сначала отстегнись и отойди от машины. Это моя машина, я не хочу ее портить. — Он левой рукой отцепил от пояса одного из телохранителей связку ключей и бросил ее мне. — Если у тебя наши наручники — откроешь.
— Ты не хочешь даже поговорить со мной? — удивился я, всматриваясь в грунт — связка с ключами не долетела до багажника, дрогнула рука у сурового воина гор. Как он торопится меня прикончить! Боится, что ли?
— Не собираюсь я с тобой разговаривать! — повысил голос Зелимхан и скомандовал одному из телохранителей по-чеченски:
— Иди дай ему ключи. Автомат передай Мубареку. Пистолет тоже передай — он может отобрать.
— У меня? — возмутился телохранитель. — У меня никто не сможет отобрать оружие!
— Этот может отобрать у кого угодно! — нервозно воскликнул Зелимхан. — Делай что говорю!
Телохранитель пожал плечами и, передав оружие напарнику, двинулся ко мне. Нет, пора выкладывать козырь — что-то душка Зелимхан нервничает. Этак, чего доброго, и в самом деле пристрелит под горячую руку.
