Автор
Кира держит сына за руку, его маленькие пальчики сжаты в горячий комочек. Арсений температурит, и Кира беспокоится, но пока не сильно. Они ждут няню, которая, как обычно, запаздывает. Кира сама выглядит усталой и помятой после многократных попыток успокоить сына.
– Спи-спи маленький, – нежно улыбается ему мама, и уже укачивает его, чисто по-женски, по-матерински, – сейчас тебя бабушка Вера наверх отнесет, уложит. Артур, а вещи у него есть?
– Да, в машине остались, сейчас принесу. Ты его в моей комнате уложи, он меня знает, если ночью проснется, я его успокою.
Мама смотрит на меня скептически.
– Ну уж нет. В твоей прокуренной берлоге я малыша не разрешу держать. Сама успокою, если что. Благо и тебя с пеленок вырастила, и Костю, и с Арсением справлюсь.
Я киваю, выхожу к машине за вещами.
Она соорудила ему гнездышко из подушек, чтобы он ночью не упал с высокой кровати.
– Давай-ка кровать к стене передвинем, – предлагает мама. – Сегодня он со мной поспит, а завтра надо ему кроватку с бортиками купить. Деда мы на диване сегодня уложим.
– Хорошо.
Я с легкостью придвигаю кровать к стене, мама быстро укладывает продолговатые подушки, закрывая просветы, чтобы малыш никуда не укатился. Ловко раздевает его на диване.
– Давай в пижаму переоденем. Может, на горшок посадить? – переводит она взгляд на детский пластмассовый трон."
"– Няня сажала перед уходом, – сообщаю я. – Может не стоит будить?
– Тогда ладно.
Она снимает шапку. Осторожно стягивает комбинезон.
– Обалдеть, как он на тебя похож… – задумчиво произносит мама.
Я, ковырявшийся до этого в сумках, так и застываю со слитной пижамой с машинками в руках.
– Артур, признайся сразу, что это твой сын. Ничего плохого в этом нет. Мы с папой наоборот порадуемся еще одному внуку.
– Мам… он не может быть моим сыном, мы с его мамой…
– Хочешь сказать, что вы не спали? – скептически хмыкает мама, продолжая раздевать спящего Арсения.
– Спали, но, кхм, – вспоминаю как заставлял Киру выпить таблетку. И как решительно она ее выпила. Я и в рот к ней лез, проверять. Она точно проглотила. – Мы тщательно предохранялись.
– Почему тогда ее сын похож на тебя намного больше, чем родной?! – никак не унимается мама.
Вот тут меня торкает окончательно. Я с изумлением гляжу на спящего Арсения.
– Да неужели?! Да быть того не может…
Мама осторожно переворачивает Арсюшу на животик, приподнимает правую ножку. На его голени приметное родимое пятно в виде трех родинок, идущих друг за другом, точно звездочки в созвездии пояса Ориона.
– Хочешь сказать, что у тебя таких родинок нет?!
У меня просто слова на этом заканчиваются. Я молча выпадаю в осадок.
Арсений. Мой. Сын.
