Автор
Кира держит сына за руку, его маленькие пальчики сжаты в горячий комочек. Арсений температурит, и Кира беспокоится, но пока не сильно. Они ждут няню, которая, как обычно, запаздывает. Кира сама выглядит усталой и помятой после многократных попыток успокоить сына.
Многое бы сейчас отдала, чтобы вернуться к нему побыстрее.
– Как ты живешь? Чем ты занимаешься? – спрашиваю у Арсюши.
– Сь папой и батиком, и бабой и дедом! – улыбается мне малыш. – Мы игаем, месте.
– Что?! – ошарашенно гляжу на Карину. – С каким папой он там играет?!
– С папой Атутом! – коверкает имя сынок моего главного врага в этой жизни.
– Карина?!
У меня дух захватывает от ужаса. В груди все начинает ныть и болеть. Мой главный кошмар в жизни… неужели он случился?
– Кир, не волнуйся, перестань. – как ни в чем не бывало улыбается Карина.
– Как это не волнуйся?! С кем живет мой сын?!
– Кир, напугаешь малого. Давай поменьше драмы.
– Какой драмы?! Карина ты правда отдала Арсюшу этому монстру?!
– Кир, ты же знаешь, что такому как он отказать невозможно.
– Серьезно?! Это правда?! – вспоминаю я тут же слова Полины, его бывшей жены о том, как он отбирает детей у матери.
– Кир, видишь, Арсюша накормлен, одет, обласкан… у него появилась настоящая семья…
Я не слышу ее. Боль в груди становится нестерпимой.
* * *Артур Буйный
Кира снова в реанимации. Ей стало хуже только от одного упоминания, о том, что Арсений живет со мной. В чем дело? Почему такой негатив в мою сторону?"
"Я – отец ребенка, и она прекрасно об этом осведомлена. Я что должен был, по ее мнению, оставить ребенка няньке? Или Карине? У Карины нет маленьких детей, и опыта в их воспитании нет, она не справилась бы. Что, по ее мнению, хуже? Находиться в доме посторонней тетки, или родного отца с любящими бабушкой, дедушкой и братом?
Ладно, я снова пылю.
Убеждаюсь в том, что у Киры есть все необходимые лекарства. Я достал ей все, что нужно, все дорогостоящие препараты, обеспечил высококлассными московскими специалистами. Я хочу вытащить ее из болезни, чего бы мне это не стоило!
Я так давно ее не видел. Я так соскучился по ней! Вся моя жизнь теперь вертится около нее. Я свалил на зама свои Московские дела, текучкой занимается Жирный, а я восстанавливаю ее кондитерскую.
А сейчас мне интересно кое-что еще. Почему мой образ столь демонизирован в ее глазах? Ведь, не спроста это все. Кто-то явно ее надоумил в том, что я такой ужасный, и меня нужно бояться.
Нина Григорьевна звонит мне как раз вовремя.
– Как там Кира Владимировна? – интересуется нянька.
– Операция прошла нормально, но Кира еще в реанимации. – сообщаю я. – Я вам как раз звонить хотел.
