Автор
Новая учительница пришла в детский дом, где все знают, что сильные духом. Она сразу становится неприступной и незаменимой, заставляя стопки учебников дышать от напряжения. В этом мире старых традиций и новых надежд она открывает глаза на мир с другой стороны, внедряя в сердца детей светлые мысли....
Хочешь?
Я часто моргаю и закусываю нижнюю губу. В душе нарастает смятение.
- Красивая одежда, украшения, лучшие курорты, деньги, машина, квартира… Любой каприз, Ра-я…
- Герман…
- Я покажу тебе мир, ты будешь жить в свое удовольствие, общаться с интересными людьми, ходить в театры и на выставки…
- А что взамен, Герман?
Набрав полную грудь воздуха, он шумно выдыхает и, склонившись, заглядывает в мои глаза.
- Взамен ты будешь любить меня, Коротышка. Только меня. Всегда. Взамен ты никогда меня не бросишь, что бы ни случилось.
- Для этого мне не нужны твои деньги. Я и так… не брошу.
- Клянись.
Я обескуражена. Пытаюсь выдавить смешок, только он выходит невеселым. Признаюсь, такой Герман меня немного пугает.
- Пообещай, что не уйдешь, Рая. Взамен я сделаю тебя самой счастливой.
В его глазах мелькает тревога, которая передается и мне. Мы молча смотрим друг другу в глаза, а воздух вокруг нас ощутимо густеет.
Я сдаюсь первой.
- Обещаю, - выдыхаю еле слышно.
Герман тоже выдыхает.
- Всегда держи свое слово, - тянет один уголок губ вверх и снова берет меня на руки.
Заносит в ванную и ставит на ноги. Настроив воду в душевой, принимается меня раздевать.
- Что ты делаешь?
- Хочу принять с тобой душ.
Опустив голову, я наблюдаю, как он развязывает пояс халата и разводит полы в стороны. Жадный взгляд и свежий воздух, скользнув по коже оставляют после себя россыпь мелких мурашек. Соски моментально съеживаются в темно-розовые горошины.
Обведя их подушечками больших пальцев по кругу, Герман сжимает груди ладонями, скидывает халат с плеч и подхватывает меня под бедра.
Поднимает так, что моя грудь оказывается на уровне его лица. Немного приоткрыв рот, я смотрю на него сверху вниз. На то, как высунув язык, Герман проводит им по соску.
Рефлекторно откинув голову назад, я шумно выдыхаю. Кровь в венах ускоряет бег, сердце ухает вниз живота.
Чувствуя, как он втягивает горошину в рот, резко дергаю головой вперед и накрываю нас двоих покрывалом из моих волос.
Герман бормоча что-то неразборчивое, терзает мою грудь, а потом вдруг неожиданно дергает на моих бедрах ткань трусиков по шву.
- Гееер… - шепчу укоризненно.
- Ты же не собиралась принимать душ в белье?
Не собиралась, но если это превратиться в традицию, скоро у меня трусы закончатся.
- Купишь завтра себе сотню новых, - успокаивает меня Греховцев, прежде чем поставить на пол душевой.
