В этой книге ты окажешься в потрясающей ситуации: бесправной рабыне, которую превратили из юриста в бесправную собственность могущественного дракона. Страх и нервное напряжение переполняют тебя, когда понимаешь, что бежать тебе некуда — только одна застекленная комната со склоняющимся над тобой драконом....
Да что ж он такой сильный!
— А ну отпусти!
Молча мужик перехватил мои запястья каким-то ремнем, затянул так, что я только охнуть смогла, а потом рывком поставил на ноги и завалил себе за плечо. Я набрала в грудь побольше воздуха, чтобы закричать, но не успела.
— Пикнешь — рот заклею.
И почему-то я ему поверила.
Мужик донес меня до берега, сгрудил на землю, как мешок картошки, и сел рядом. Я попыталась отползти, но он перехватил меня за колени и, прижав к себе, тщательно связал щиколотки в мокрых капроновых колготках каким-то ремнем.
— Зачем я тебе?
— Вам, — жестко отрубил мужик. — Я твой владелец, изволь обращаться ко мне на вы.
Его голос был спокойным. В скупом лунном свете я могла разглядеть только то, что у мужика короткие волосы и тяжелый подбородок, широкой лоб, выступающие скулы.
— Зачем я вам?
— Ты — моя собственность, — откликнулся мужик, глядя на озеро. — И одна по лесу шляться не будешь. Я тебя спас, это — вира.
Знакомое слово царапнуло мозг. Вира — это что-то из истории права. Что-то… какое-то наказание. По-моему, так назывался штраф, который всей общиной выплачивали за чей-то косяк.
Но причем тут я?
Я снова заерзала, проверяя то, насколько крепко связана. Запястья и лодыжки пронзила боль, и я замерла.
Стало страшно — не на шутку. Полбеды развестись, полбеды провалиться в люк и вынырнуть посреди озера ночью — ну с кем не бывает, в кино такое сплошь и рядом. Мозг категорически отказывался бунтовать по этому поводу. Но вот оказаться ночью в лесу связанной, один на один с опасным мужиком, который может меня легко скрутить — вот это уже даже не беда.
— Утром пойдем к вашему старосте, — пробурчал мужик.
— Зачем?
— Закрепить то, что я тобой владею.
Мне кажется, или мужика сложившаяся ситуация совсем не радовала. По крайней мере, восторга в голосе я уловить не могла. Может, у меня есть шанс?
— Послушайте, — мягко начала я, — это какая-то ошибка. Как я могу быть вашей собственностью. Я же человек.
— Вот именно, — вздохнул мужик и обернулся ко мне. — Ты женщина.
