Автор
Тимур заявляет о своем решении записать ребенка на суррогатное материнство, что душевно ранило его из-за прошлого. Теперь он пытается сохранить семью и вернуть любовь жены, предложив ей помощь клиники. Атмосфера напряженная и застенченная, ощущение долга и отчаяния в каждом слове....
Какая же она сильная и стойкая. У меня нет столько смелости, как у хрупкой феи.
– Что касается нас… Ты решила остаться? – решаюсь протянуть ладонь к ее лицу и невесомо коснуться пальцами щеки. Смахнуть слезы. Но стоит Еве застыть, как я одергиваю руку.
– Как видишь, я здесь…
– Да, но… Ради Владика? – спрашиваю очевидное. Считываю ответ по ее глазам и едва заметному поднятию плеч. – Понял. Хорошо. Я тебя не потревожу, – отступаю назад. – Спокойной ночи.
И ухожу в кабинет, где провожу следующие несколько ночей.
Лишь единожды я нарушаю данное ей обещание. Заглядываю через приоткрытую дверь в ее комнату и, убедившись, что Ева крепко спит, бесшумно проникаю внутрь. Опускаюсь на самый край огромной кровати. Веду ладонью по влажной подушке.
Плакала.
Касаюсь пальцами взмокшего виска, поправляю каштановые волосы. Наклонившись, тихо бросаю: «Люблю», в которое Ева не поверит, и невесомо целую ее в щеку. Исчезаю, пока не проснулась и не застала меня в своей постели.
В кабинете в сотый раз набираю проклятого Воскресенского, но этот гад как сквозь землю провалился. Мобильный номер отключен или вне зоны действия сети, а по домашнему отвечает… няня. Куда Костю черти занесли? Он ведь никогда не уезжал надолго от своих дочек. Должно было случиться что-то архиважное, чтобы показательный отец изменил своим принципам.
– Черт! – еще и за друга переживать.
Уснуть не получается, поэтому я открываю ноутбук и захожу на сайт агентства недвижимости.
– Неплохо, – хмыкаю задумчиво. И улыбаюсь с надеждой. Почему бы и нет?
Глава 56
Неделя спустя
Ева
– По результатам конкурса грант получает…
Седовласый мужчина приподнимает очки, платком стирает пот со щек и переносицы, неторопливо устраивает толстую, круглую оправу на место. Словно проводит некий ритуал, а остальные присутствующие – всего лишь куклы вуду.
Я не в силах терпеть. Сердце бешено скачет в груди, легкие сдавливает спазмом, а к горлу то и дело подкатывает паническая тошнота. Не выдержав, нахожу ладонь Тимура под столом и впиваюсь в нее, как в спасательный круг.
– Все хорошо, Ева, – тихий добрый шепот едва касается слуха.
