В темном доме хлопает дождем. Макар ставит собственные крепкие условия — и ты стоишь на пороге, сжимая ладонь в бисерные гребенки, не готовый ни к чему другому. Словно зверюга надзирает тебя холодным взглядом из-под обвисших бровей. Эта книга — шокирующая история о противостоянии и искушении выбора, где дождь заставляет чувствовать себя совсем не человеком....
В комнате приятно пахнет кофе, творогом, домом и сладким нежным неуловимым запахом моей женщины.
– Я тебя хочу, – скидываю одеяло, показываю силу желания.
Юлька громко смеется.
– Как тебе книга?
– Я в лирах не смыслю, но зачетная история! Читателям нравится? – беру в руку чашку с черным кофе, отпиваю живительный напиток.
– Сегодня еще не выкладывала проду. В целом роман нравится. Две тысячи библиотек!
– Ты моя умница.
В груди отчетливо бурлит, от переполняющих грудь эмоций. Сердце, словно, воздушный баллон наполняется радостью и готово взлететь вместе с корзиной…
Вздыхаю, убираю поднос на тумбу.
Женские тонкие пальцы заплетаются в моих волосах, аквамариновые глаза смотрят не моргая.
Провожу пальцами по мягким русым волосам, они ложатся крупными завитушками на плечи. Отодвигаю лямку майки, касаюсь подушечками пальцев шелковой кожи плеч.
* * *– Устал? – нежный грудной голос дарит мне очередной виток наслаждения.
– Есть немного. Это больше нервное, эмоциональное. Столько нового навалилось за неделю.
– Матери звонил? Как они там с Кэт?
– Звонил. Мать говорит, что происходит что-то странное. Первые дни Кэтлин лезла везде, совала нос, а сейчас притихла. Чего-то выжидает.
– Мда…
– Мама – умная женщина, справится, – мои пальцы следуют под ажурную полоску, – давай познакомлю вас сегодня. Пообщаемся по скайпу. Внука она каждый день видит, а тебя еще ни разу. Мне кажется, она хочет извиниться за тот случай.
– Я уже простила, – голос любимой становится хриплым и в нем появляются страстные нотки вожделения.
– Иди ко мне, – подминаю Юлю под себя.
Прикрываю глаза от удовольствия, ощупывая каждый сантиметр ее тела пальцами.
– Ты такая…
– Какая?
– Неземная, сладкая, нужная, – губы зацеловывают бархатную кожу. Прикусываю ее, пробую языком. – Вскидываю глаза, смотрю в упор своей женщине в глаза. – Я так боюсь… впервые признаюсь в том, чего боюсь я.
– Чего?
– Снова потерять вас!
– Этого не будет никогда.
Мы как сумасшедшие сдираем друг с друга одежду…
Спустя пятнадцать минут счастья, откидываемся на подушки. Смотрим в потолок.
– Через час приедет Никита. Сегодня день воскресного папы, – констатирует Юля.
И я тут же прихожу в себя, вспоминаю всю реальность без приукрас…
С этого момента я больше не расслаблен. Снова напрягаюсь.
