В выставочном центре в четыре часа утра раздается телефонный звонок — единственной живой души среди охраны агентства «Триггер». Над парком небо сияет холодной звездами, затянутым тишиной. Паркет под ногами матово блестит, словно новый кусок свежего льда.
А народ, как известно, никогда не ошибается.
Бармен безразлично пожал плечами.
– У нас многие бывают, – согласился он. – Приходят, кушают, вино пьют. Мы никому не запрещаем, если приличный человек.
– А Нодар, значит, приличный? – кивнул Крячко.
Бармен секунду помедлил и с расстановкой сказал:
– Не знаю Нодара. Ни разу не слышал.
Крячко подумал, что, пожалуй, произнес он это чересчур громко – с расчетом, чтобы слова услышали в зале. Да еще и подмигнул в этот самый зал – ну, не то чтобы подмигнул, но сделал что-то неуловимое глазом, чего посторонний и не заметит, а свой поймет сразу.
Трапеза за тем, единственным столиком как будто бы закончилась. Двое русских, правда, еще сидели со стаканами в руках, напряженные, точно на групповом фотоснимке, зато оба кавказца явно торопились покинуть кафе. Один уже вовсю шагал к раздевалке, а другой, поднявшись из-за стола, то ли искал деньги расплатиться, то ли раздумывал, в какую сторону лучше улизнуть.
Крячко вспомнил поговорку про двух зайцев и не стал разбрасываться. Он тут же повернулся и пошел вслед за тем, что спешил в гардероб. Кавказец на это никак не отреагировал, но, дойдя до цели, вдруг сорвался с места и, как был, в одном костюме пулей выскочил на мороз. Входная дверь захлопнулась за ним с такой силой, что едва не выскочили стекла.
Крячко рванулся было за беглецом, но что-то его вдруг остановило. Он круто повернулся и увидел, что уже второй кавказец пытается дать деру, причем совершенно в ином направлении – через кухню.
Уже не отвлекаясь, он бросился догонять второго. Все это произошло в одну секунду. Кавказец с заметно побледневшим лицом метнулся к внутренним дверям зала, по пути опрокинув под ноги Крячко столик.
Крячко, чудом не упав, перепрыгнул через ощетинившийся ножками столик, выругался и следом за кавказцем влетел в наполненную паром кухню. На мгновение здесь воцарилась немая сцена – серьезные мужчины с ножами в волосатых руках замерли возле своих плит и разделочных досок. Слышался только свист подгорающего масла и гул газа в горелках.
Крячко не стал задерживаться и выскочил в ту же дверь, что и кавказец.
