Вечером, под завораживающий звон часов, Валерий Андреевич начинает разговор о своем садовом хозяйстве. Мягкий свет луны играет на ярких красках летних фруктов, и в воздухе повисают нотки свежести и тепла дачного июля. В этот момент женщина понимает, что каждый плод может быть не просто вкусным, но и важной загадкой для сыскного бюро Ерожина....
А она не даст, потому, что сама пойдет по статье. Зачем ей в камеру? – Рассудил Ерожин.
– Хитра стерва. – Согласился Бобров. Ерожин кивнул и на мгновенье задумался:
– Марысю сфотографировали?
– Да, в группе есть оператор, который работает скрытой камерой. – Успокоил сыщика Бобров.
– Тогда, я распишусь в протоколе и рвану от сюда. Теперь у нашего бюро много работы. Надо последить путь прекрасной полячки в Москве. – Ерожин пожал руку полковнику и, закончив формальности, поспешил покинуть галерею. Он повидал Дину-Марысю и понял, что застреленный Кирил Андреевич был прав.
* * *Иван Григорьевич Грыжин обычно в оперативную работу своего шефа не вмешивался. Но узнав, что Петр Григорьевич имел с Диной-Марысей беседу, очень возмутился, что девицу отпустили.
– Надо было ее задержать под предлогом соучастие в краже картины Шагала. А потом крутить. В камере с нее бы спесь живо сошла. – Доказывал он Ерожину: – Такой момент ты, Петро, упустил!
Петр Григорьевич только посмеивался.
– Ты посылаешь меня под юбку к вдове! Я там Ваньку валяю, в актеры на старости лет пошел. А толку? – Генерал распылялся все больше. Не помог даже вечный армянский коньяк. После глотка из фляжки Иван Григорьевич вовсе не успокоился, а продолжал стыдить своего директора.
– Вот, что, Григорич, хочешь свою версию проверить, пожалуйста. Есть такая возможность. – Предложил Ерожин.
– Давай.
– Тогда поехали твое чучело заказывать. – Усмехнулся Петр Григорьевич.
– Это еще зачем? – Не понял Иван Григорьевич.
– Поехали, по дороге объясню. Форму свою парадную прихвати. Без нее не получится. – Предупредил подполковник.
– Ну, прямо Шерлок Хомс! Что же, может быть, ты и дело, Петро, задумал. – Почесал плешь Грыжин, после того, как Петр Григорьевич поделился с ним своим планом.
– Вот Кеша Маркин.
