Вечером, под завораживающий звон часов, Валерий Андреевич начинает разговор о своем садовом хозяйстве. Мягкий свет луны играет на ярких красках летних фруктов, и в воздухе повисают нотки свежести и тепла дачного июля. В этот момент женщина понимает, что каждый плод может быть не просто вкусным, но и важной загадкой для сыскного бюро Ерожина....
Вот вы говорите, что с Марысей Шагровой встречаетесь только в галереи и личных отношений у вас нет. Так?
– Так. – Согласился Илья Самсонович, но на стуле заерзал.
– Тогда объясните мне, почему вы по поручению Марыси Шагровой продаете дачу в Барвихе. Да еще выколачиваете из бедного инженера пол миллиона? – Спросил Ерожин.
– Это она не хотела признаваться, что мы знакомы. А я джентльмен. Я человек воспитанный и культурный. Поэтому меня в камере бьют и унижают. – Снова заныл Цыганков.
"– Рассказывайте, как вы познакомились и что вам известно о гражданке Шагровой Марысе Вацловне. – Не обращая внимание на жалобы Ильи Самсоновича, потребовал Ерожин. И узнал о Марысе много интересного. Илья подрабатывал на комиссионных, помимо картинок, приторговывая недвижимостью своих клиентов. После смерти престарелого драматурга, синеокая вдова продала через галерею Цыганкова несколько вещиц покойного мужа. Его квартиру в доме возле кинотеатра Ударник, и дачу в Пахре.
– Петр Григорьевич, можно вас на минутку. – Попросил Александр Федорович сыщика. Они вышли в соседний кабинет, где их встретил молодой человек с русыми волосами и в круглых очках с сильными линзами.
– Знакомьтесь, это майор Терехов, Борис Георгиевич. А попросту Боря. – Представил Абашин своего молодого сотрудника.
– Очень приятно, Боря.
– Боря на вид у нас простачок. Но знает всю живопись русского авангарда с десятого по тридцать седьмой год, как прилежный школьник знает таблицу умножения. Помните, во время задержания Цыганкова, вы мне передали конвертик с фотографиями. Тот от которого отказалась ваша «приятельница»? Ерожин помнил. – Фотографии эти по его части. – Сказал Абашин и оставил Ерожина с Борей наедине.
