Профессор-циник и его грозный взгляд скрывают неожиданную слабость. Простая студентка из провинции становится его невольной мечтой, нарушая все его железные принципы. Между ними вспыхивает опасная игра желания и запретов, где каждый шаг может разрушить карьеру и сломать жизни. Роман о том,...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Табу на вожделение. Мечта профессора (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Профессор-циник и его грозный взгляд скрывают неожиданную слабость. Простая студентка из провинции становится его невольной мечтой, нарушая все его железные принципы. Между ними вспыхивает опасная игра желания и запретов, где каждый шаг может разрушить карьеру и сломать жизни. Роман о том,...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Профессор-циник и его грозный взгляд скрывают неожиданную слабость. Простая студентка из провинции становится его невольной мечтой, нарушая все его железные принципы. Между ними вспыхивает опасная игра желания и запретов, где каждый шаг может разрушить карьеру и сломать жизни. Роман о том,...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Табу на вожделение. Мечта профессора (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
«Ой, божечки… Какого черта я стою на месте как истукан?»
Поддавшись запоздалой панике и примитивным рефлексам, девушка взвизгнула и побежала прочь не разбирая дороги. Сложно объяснить почему, но под действием страха она направилась не на противоположную сторону проезжей части, как собиралась изначально, а к жилым домам, расположенным в непосредственной близости от нее. Напрасно.
Там-то Юлю настигли, фактически преградив путь транспортным средством.
И пока она лихорадочно соображала, что же ей делать дальше в сложившейся ситуации, из машины торопливо выскочили трое парней (все разного телосложения, но все в балаклавах) и угрожающе пошли на нее.
«Нет! Это сон… Сон!»
Ее бедное сердце сжалось в груди до размеров горошины.
Внутри все оборвалось. Покрылось толстой коркой льда.
Голосовые связки точно атрофировались. Язык онемел.
А в венах, казалось, вместо крови бурлил один сплошной адреналин.
Осознав, в какой заднице оказалась, Юля проворно скинула свои туфли на высоком каблуке (они страшно осложняли передвижение), намереваясь дальше бежать босиком. Но эта секундная заминка стоила девушке… свободы. Самый крупный представитель сей троицы не позволил ей улизнуть. Грубо схватив за локоть, он просипел прокуренным голосом:
— Далеко собралась, цыпуля?
— А-а-а-а-а! — завопила Попова не иначе как ультразвуком. Сумка выпала из ослабевших рук на землю. — Помогите! Помоги… м-м-м-м… м-м-м-м!"
"В то же мгновение незнакомец крепко зажал ей рот и дернул на себя. И сделал это так резко, что у Юли от боли искры из глаз посыпались — он словно наизнанку вывернул ее локтевой сустав. Закричав не своим голосом в его ладонь, девушка принялась вырываться. Озверев, она сопротивлялась, как дикая кошка — брыкалась, царапалась и осыпала остервенелыми ударами своего обидчика. Но совсем забыла, что по ее душу он прибыл… не один.
Явно растерявшись от столь лютой ярости, мужчина раздраженно рявкнул:
— Че стоим, как на смотринах? За дело, парни!
— Нет! — нечленораздельно мычала Юля, из последних сил пытаясь спастись. — Не трогайте меня! Я ничего не сделала! Отпустите! Пожалуйста… Нет!
Но увы. Против троих амбалов у нее не было шансов. Ни единого.
Да и работали они слаженно. Умело. Двое подхватили ее на руки, надежно фиксируя конечности. А тот, первый, продолжал плотно затыкать рот.
Эти ублюдки отработанной, доведенной до автоматизма походкой двинулись к машине и за считаные секунды запихнули Юлю в грязный багажник.
«Неужели это все? — промелькнуло в мыслях, как только над ней захлопнулась металлическая дверь. — Неужели это и есть мой… конец?»
Автомобиль сорвался с места, а Попова вдруг поняла, что никто больше ей не мешает.
И она закричала. Так громко и истошно, как только смогла.
