Охота на рысь оборачивается преступлением, когда Полковник Гуров ищет след в тайге. Вскоре его собственная охота оказывается пресечена криминальным сообществом, что порождает напряженную интригу. Алексей Макеев раскрывает запутанные события в Иркутской области.
– А ты кто такой, я спрашиваю.
Крячко двинулся вперед, хозяин квартиры не успел среагировать на это действие и вынужденно отступил. Гость оказался в квартире.
Стас был готов к тому, что произошло. Услышав фамилию Нечайкина, Мишаня не счел нужным продолжать разговор. Вместо этого он сделал еще шаг назад и, ни слова не говоря, выбросил вперед кулак, целясь Крячко в голову. Полковник нырнул вниз и локтем врезал Мишане в живот. Пресс у братка оказался на должном уровне. Он выдержал атаку и кинулся на Крячко всей массой своего тела. Входная дверь захлопнулась, а Стас оказался прижатым к стене. На его корпус посыпались стремительные удары справа и слева. Высвободить руки для ответных действий он не мог. Тогда Стас резко выбросил вперед голову. Его лоб жестко протаранил переносицу противника. Послышался хруст ломаемой кости. Мишаня закричал и отскочил назад, хватаясь руками за поврежденную носовую перегородку. Алая кровь заструилась по его пухлым губам, и несколько крупных капель, сорвавшись с подбородка, упали на рыжий линолеум в прихожей. Крячко не дал неприятелю времени на то, чтобы опомниться. Удар ногой под коленку заставил Мишаню рухнуть на пол. Той же ногой Стас врезал ему по шее, и Мишаня завалился на бок. Полковник достал из кармана ветровки пистолет и наставил его на поверженного.
– Еще раз попробуешь выкинуть что-нибудь подобное, башку прострелю, – жестко произнес он. – Лучше не нарывайся, парень. Понял?
Мишаня со стоном размазывал кровь по лицу. Он и не думал подниматься и смотрел на Крячко снизу вверх, лежа на боку.
– Че ты мне мозги лечишь, шестерка? – произнес он. – Ты же все равно меня пристрелишь. Попробую я что-нибудь выкинуть или нет… Ты же получил приказ замочить меня? Верно? Я же рублю фишку, в натуре. Сам занимался тем, чем ты сейчас занимаешься. Сначала ездил к должникам, делал предупреждения, потом мочил. На глушняк! А теперь, вишь, как получилось. Нечайка, сука, меня самого кокнуть решил… Ну, что ж, справедливо, в общем-то. Вчера для меня все сроки вышли.
– Встань, – коротко приказал полковник, не сводя с Мишани дула пистолета.
– Зачем? Когда ты шмальнешь в меня, опять падать придется, а так время сэкономлю, – скупым неоригинальным юмором Мишаня пытался взбодрить самого себя.
– Встань, – повторил Крячко.
Мишаня нахмурился, но подчинился. Морщась от боли, он поднялся на ноги и слегка коснулся пальцами сломанного носа. Застонал.
– Денег у меня нет, – сказал он.
– Иди на кухню, – распорядился Крячко.
