Охота на рысь оборачивается преступлением, когда Полковник Гуров ищет след в тайге. Вскоре его собственная охота оказывается пресечена криминальным сообществом, что порождает напряженную интригу. Алексей Макеев раскрывает запутанные события в Иркутской области.
Он в любом случае не стал бы убивать этого парня, но решение, которое созрело в нем еще перед поездкой сюда, должно было выглядеть так, словно оно только что пришло ему в голову. И браток купился на этот нехитрый трюк.
– Идет, – сказал он.
Крячко заметил, как в больших глазах Мишани вспыхнула надежда. Несколько лет тюрьмы, пусть даже по самым тяжеловесным статьям, все-таки лучше, чем деревянный бушлат. Именно так рассудил должник Глазберга.
– Отлично, – Станислав поднялся со стула. – Тогда одевайся.
Иркутск. Улица им. Богдана Хмельницкого
– Убери ствол, ментяра. Я же тебе ничего не сделал, – голос Митрофанова звучал прерывисто. То ли от пережитого волнения, то ли от непривычно быстрого для него бега. – Опусти, говорю! Ты еще сам не знаешь, с кем связался.
– Я догадываюсь, – невозмутимо парировал Гуров.
Невзирая на протесты задержанного, он быстро и сноровисто обыскал Митрофанова на предмет оружия, но ничего не обнаружил. Мимоходом заглянул и в салон «десятки». Вокруг них уже начала собираться толпа любопытных, держась на безопасном расстоянии. В дверях «Сталкера» появился тот самый охранник, которому Гуров готов был прострелить ногу. У него по-прежнему не было намерений корчить из себя героя, и он весьма равнодушно взирал на происходящее.
– Вставай и пошли, – сказал Гуров распластавшемуся на асфальте Митрофанову.
– Куда? Куда я должен идти? Какого черта? – заартачился тот, но, почувствовав, что дуло пистолета уже не давит ему на затылок, все-таки поднялся на ноги.
Стильная джинсовая куртка Павла была испачкана кровью, перемешанной с уличной грязью.
– Ко мне в машину, – сообщил Гуров. – Там и поговорим. Как цивилизованные люди.
– Мне не о чем с тобой разговаривать, ментяра! Понял?
Гуров понял. Но по-своему. Наплевав на внимание посторонних, полковник схватил Митрофанова за шиворот, резко развернул к себе лицом и пихнул на корпус пострадавшей в аварии «десятки». Дуло конфискованного «ТТ» глубоко вошло в правую глазницу Павла.
– Считаю до трех, – предупредил Гуров, и Митрофанов заметил, как побелел от напряжения его палец, лежащий на спусковом крючке. – Или ты прекратишь выеживаться, или мы решим с тобой все вопросы прямо здесь и сейчас. Сию секунду. Я не шучу. За последнее время меня успели изрядно достать, и нервы у меня на пределе. Хочешь испытать их на прочность?
– Что вам нужно? – Кадык Митрофанова нервно дернулся. Теперь в его голосе уже не было вызова.
Гуров медленно отодвинул ствол, а затем отпустил и самого Павла.
