Бывший офицер царской армии Александр Мизинов, забросанный судьбой в Сибирь, становится обладателем тайны легендарного золота Колчака. После Гражданской войны, движимый непримиримой ненавистью к большевикам, он вступает в борьбу против новой власти, рискуя всем в поисках истины и...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Таежный гамбит» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Бывший офицер царской армии Александр Мизинов, забросанный судьбой в Сибирь, становится обладателем тайны легендарного золота Колчака. После Гражданской войны, движимый непримиримой ненавистью к большевикам, он вступает в борьбу против новой власти, рискуя всем в поисках истины и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бывший офицер царской армии Александр Мизинов, забросанный судьбой в Сибирь, становится обладателем тайны легендарного золота Колчака. После Гражданской войны, движимый непримиримой ненавистью к большевикам, он вступает в борьбу против новой власти, рискуя всем в поисках истины и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Я ведь знал, что они и без Мизинова продолжат наступать, такая уж это порода, офицерская, — странно, но последнее слово он произнес без тени презрения, наоборот, как показалось Струду, с некоторым даже пиететом.
— Так чего же мы стоим?
— Ты прав, — Острецов хлопнул его по плечу и зычно гаркнул:
— Усилить караулы!
Бойцы задвигались, спешно, но без суеты залегали между камней, разворачивали на восток пулеметы.
— Николай Викторович, Аркадий! — позвал Острецов комиссара и начальника штаба. Те подбежали.
— Похоже, мизиновцы поперли, — не глядя в глаза Неклюеву, сказал Острецов. — А у нас патронов на один бой, пожалуй… Что предпримем?
— Так господа офицеры, поди-ка, тоже подустали по тайге-то бегать! — сверкнул карими глазами Пшеничный. — Патронов нет, значит, надо в штыки, под пение «Интернационала». Взыскать с паразитов за все — за гибель обоза, за товарищей павших…
— Мне думается… если вы позволите, конечно, — мягко оборвал комиссара Неклюев. — Сейчас не место и совсем не время втянуться в какую-нибудь безрассудную авантюру, Степан Сергеевич, — начальник штаба, в отличие от Острецова, смотрел командиру прямо в глаза. — Достаточно ограничиться блокадой противника, отойти на квартиры и пополнить запасы…
— И оставить белых хозяйничать здесь безнаказанно? — глаза Острецова злобно сверкнули на Неклюева."
"— Поверьте мне, Степан Сергеевич, они уже не шибко-то похозяйничают, — возразил начальник штаба. — К тому же, я повторяю, крепко блокировать противника мобильными обсервационными группами, расположив их на удобных позициях. Таковых здесь немало, тот же Чекундинский склон в семидесяти верстах к югу. Уверяю вас, белые не рискнут в такие морозы наступать на юг, где полно наших войск! Да и с боеприпасами у них, я полагаю, не все гладко.
Пшеничный пробовал было вмешаться, но Острецов остановил его.
— Ты, наверное, прав, Павел Викторович, — подумав, согласился он. — Отойти к Бурсинской часовне, оттуда до Благовещенска недалеко. Снестись с нашими, пополнить запасы, разведать силы противника…
— Осмелюсь отметить, Степан Сергеевич, — вмешался Неклюев, — что и разведывать потом не будет необходимости, это прояснится уже вот-вот, если это и впрямь мизиновцы, — он кивнул на восток.
— Верно, — протянул Острецов. — Бой покажет, сколько у него людей. Одно мы знаем наверняка: людей у него примерно на семьсот человек меньше.
Струд, Неклюев и Пшеничный вопросительно уставились на него.
— Я тут попросил Файхо пересчитать потери белых, — объяснял Острецов. — У парня глаз зоркий, лучше него никто бы не сделал этого. Так вот, убитых белых он насчитал около тысячи человек. А у Белявского и трехсот не было.
