В начале сентября 1916 года пехотный батальон нашел укрытие в сосновом лесу. Недалеко от него раздаются слухи о скорой новой атаке, предсказанной как победная. Молодой командир чувствует на себе всеобщий взгляд и знает, что каждый выживший будет ценен для его войска.
— Да, вы не ослышались, — подтвердил Мизинов. — Не стану я вас расстреливать. Вместо этого, все-таки ценя ваши фронтовые заслуги, принимая во внимание обстоятельства времени, наконец…
— Да не томите вы меня! — чуть не крикнул Суглобов.
— Хорошо, — Мизинов хлопнул ладонью по столу. — Предлагаю вам честный офицерский поединок.
— Это что же, дуэль?.. — не понял Суглобов.
— Точно так, самая обыкновенная дуэль, — кивнул генерал. — Дуэльных пистолетов нет, к сожалению, но я думаю, что мы обойдемся наганами.
Суглобов слушал и не верил своим ушам. Он пытался высмотреть в глазах Мизинова какой-нибудь подвох. Но нет, этот человек не способен был на хитрости, Суглобов знал это наверняка.
— Как вы великодушны! — прошептал он, не отрывая взгляда от собеседника. — Вы меня просто раздавите вашим великодушием!
— Не станемте разводить сантименты, однако, — прервал его Мизинов. — Соглашаетесь или нет?
— Другого выхода все равно нет?
— Нет.
— И как это будет выглядеть?
— Весьма незатейливо.
— А если удача улыбнется мне? — ехидно спросил Суглобов."
"— Перед дуэлью я прикажу своим людям при таком раскладе отпустить вас на все четыре стороны, — ответил Мизинов.
Суглобов все так же пристально смотрел на него. Мизинов не отводил глаз и ждал ответа.
— Да, я знаю, вы не обманете, — обронил Суглобов.
— Вы попробуйте сперва выжить, а философствовать станете потом, — видя, что собеседник задумался, Мизинов добавил: — Впрочем, могу дать вам время на размышление.
— Не стоит, — кисло усмехнулся Суглобов. — О чем думать-то! Будь по вашему. Я согласен.
— Вот и прекрасно, — генерал еще раз хлопнул ладонью по столу, давая понять, что условия приняты. — Отдохните до завтра, на рассвете встретимся подальше в лесу.
С начала января стояла оттепель, и Мизинов с утра надел легкую шинель с башлыком и фуражку. Когда они с Худолеем вышли на полянку, метрах в трехстах от окраины села, там уже ждали Суглобов с Татарцевым и доктором Иваницким. Мизинов попросил ротмистра быть секундантом Суглобова. Кавалерист поначалу отнекивался, но Мизинов повторил просьбу настойчивее, потом еще настойчивее, и Татарцев согласился.
