Бывший офицер царской армии Александр Мизинов, забросанный судьбой в Сибирь, становится обладателем тайны легендарного золота Колчака. После Гражданской войны, движимый непримиримой ненавистью к большевикам, он вступает в борьбу против новой власти, рискуя всем в поисках истины и...
— Накануне нашего с вами разговора я посоветовался с командирами соединений и частей. Все генералы единодушны: для успешного наступления необходимы вспомогательные операции. Одним словом, нужны несколько операций по сходящимся направлениям. В случае успеха у нас есть шанс освободить от красных не только Приморье, но и Приамурье, вплоть до Забайкалья. Вы только задумайтесь, Александр Петрович — например, независимая Дальневосточно-Амурская республика!
— Звучит заманчиво и многообещающе. Но мы покамест не взяли даже Хабаровска…
— Да возьмем же, Александр Петрович, обязательно возьмем. Если вы нам поможете.
— Григорий Афанасьевич, я, кажется, понимаю, отчего вас назначили министром, — улыбнулся Мизинов. — Умеете вы подойти издалека, дипломатично.
— Что ж, кому-то надобно решать и политические вопросы, — согласился Вержбицкий. — Так вот, вернемтесь. Конечно, вы вправе отказаться и попроситься на передовую, под стены Хабаровска, никто вам не откажет. Но, зная ваши качества как хорошего тактика и умелого командира, я хочу предложить это дело вам. И только вам, — Вержбицкий пристально глядел в глаза Мизинову.
— Я уверен, что на войне нет таких боевых задач, которые принижали бы достоинство офицера, а тем более его честь. Особенно в случае успеха таких операций, — отчетливо, как на экзамене, произнес Мизинов.
— Ну и прекрасно, прекрасно! Тогда сразу к делу! Одним словом, Александр Петрович, мы предлагаем вам совершить диверсионный рейд в тыл врага.
— Что-то подобное я и ожидал, Григорий Афанасьевич, — облегченно вздохнул Мизинов. — Принимая во внимание полупартизанский характер вообще всей этой войны, я согласен. Попробую побывать в шкуре Дениса Давыдова, пойму, быть может, чем он так восторгался, будучи отряженным от штаба князя Багратиона[32]."
"— Буду рад, если начнете и стихи писать, — улыбнулся Вержбицкий. — Так вот, харбинское золото необходимо как можно скорее переправить сюда и снабдить на него крепкий оперативный отряд. Посмотрим на карте, — Вержбицкий пригласил Мизинова к столу, взял в руки карандаш. — Вам предстоит высадиться здесь, в Татарском проливе, в Императорской Гавани. Там удобная, спокойная, незамерзающая бухта. От северных пронзительных ветров немного спасают многочисленные хребты, пусть и невысокие, но густо поросшие лесом. В Гавани два наших охранных крейсера, они помогут с высадкой. Но чуть дальше, верстах в трех и по всему Сихотэ-Алиню, уже полнейшее безвластье.
