Таким образом, движение полностью свободно от тональной идеи «скорости». Дон Хуан говорит, что тело сновидения использует энергию в качестве «толкателя». За этой загадочной формулировкой скрывается механизм тонкий и плохо поддающийся описанию. Мы вновь имеем дело с определенным контролем внимания: когда внимание (благодаря непостижимой силе намерения) фокусируется на достижении какой-то удаленной зоны перцепции, оно автоматически «сливается» с полевой структурой пространства. Как вы помните, видящие описывали эту структуру как бесчисленное множество светящихся нитей и называли их "линиями мира". Очевидно, "линии мира" и есть то транспортное средство, которым пользуется точка сборки для движения вне «кокона». Так как "линия мира" является структурной опорой для всякого энергетического процесса, она лежит как бы вне времени. Можно сказать, что линии мира порождают время как воспринимаемую длительность, оставаясь при этом абсолютным фактом бытия, где движение — простая условность, наше ограниченное понимание одновременного существования любой точки на всем протяжении бесконечной структуры. В книге "Отдельная реальность" дон Хенаро демонстрирует Кастанеде "уроки равновесия", совершая невообразимые прыжки над водопадом. Карлос тогда не знал, что Хенаро находится в теле сновидения и перемещается, используя линии мира. Дон Хуан частично объяснил своему ученику, что происходило на самом деле, но полное понимание подобных вещей приходит лишь в результате непосредственного их переживания.
Конечно, тело сновидения обладает антропоморфной конфигурацией только для внимания тоналя. Когда сновидящий воспринимает себя в сновидении как существо с руками, ногами, головой и т. д., он, безусловно, галлюцинирует тем же способом, что характерен для первого внимания в привычном положении точки сборки. Как мы уже говорили, условности тонального восприятия никогда не исчезают полностью — возможно, в этом и нет особой необходимости. Если вы обретаете свободу выбора того или иного интерпретационного механизма, человеческий тональ просто занимает свое место в бесконечном ряду открывшихся вариантов перцепции. Гораздо важнее в данном случае не способ интерпретации, а интенсивность и управляемость восприятия. Благодаря им и происходит перемещение энергии из "светящегося кокона" в позицию переместившейся за его пределы точки сборки. В реальности нагуаля этот процесс выглядит как возрастание светимости и объема той формации, где находится основной фокус восприятия. Таким образом, чем более развито второе внимание, тем значительнее количество энергии, перетекающей с кокона на выдвинутую точку сборки.