– Думаю, тебе может понравиться эта страница, – ответила Нелла. – На ней есть имя, которое должно быть тебе знакомо.
Все тут же превратилось в игру. Я просматривала записи, изо всех сил стараясь отрешиться от дат и составов, и вместо этого искала знакомое имя. Может быть, это моя собственная мать?
Потом я увидела его: миссис Эмвелл.
– Ох! – выдохнула я. – Моя госпожа! – Я быстро прочла запись целиком; неужели госпожа уже кого-то отравила прежде? – Индийская конопля? – спросила я Неллу, указывая в журнал.
– Одно из самых сильных средств в моей лавке, – ответила она, – но, как и в адамовой голове, в ней нет ничего вредного. Индийская конопля особенно полезна при треморах и спазмах. – Она выжидающе взглянула на меня и, когда я не отозвалась, объяснила: – Элайза, твоя хозяйка приходила ко мне в лавку, когда у нее только начали дрожать руки. Я забыла об этом, но сегодня ты упомянула, что писала для нее письма.
Она провела пальцами по записи, и в глазах у нее появилось отрешенное выражение.
– Доктора джентльменов ничем не могли ей помочь. Она побывала у десятков. Ко мне она пришла, когда почувствовала, что выхода не осталось. – Нелла ненадолго накрыла мою руку своей. – Твоя хозяйка не бывала здесь прежде. Знала обо мне лишь по рассказам подруги.
Меня охватила всепоглощающая печаль. Я никогда не задумывалась о том, что миссис Эмвелл искала помощи у стольких врачей. Никогда не задумывалась, как она себя чувствует из-за своего недомогания.
– Индийская конопля ей помогла? – спросила я, снова взглянув на запись, чтобы убедиться, что верно повторила слова.
Нелла помолчала и посмотрела на свои руки, словно ей было совестно.
– Помни, что я тебе говорила, Элайза, – наконец сказала она. – Это не чародейская лавка. Дары земли ценны, но не безотказны. – Она подняла голову, сбрасывая с себя задумчивость. – Но все к лучшему. Потому что, если бы индийская конопля помогла слишком хорошо, твоей хозяйке не было бы нужды в твоей помощи для написания писем. И ты бы сейчас не сидела здесь, помогая мне с моим журналом. Ты ведь помнишь, что я сказала о том, как он важен, правда?
Желая произвести на нее впечатление, я повторила то, что она сказала несколько минут назад.
– Журнал важен, потому что иначе имена этих женщин были бы забыты. Здесь, на ваших страницах, они сохраняются, пусть больше им сохраниться негде.
– Очень хорошо, – продолжала Нелла. – Давай сделаем еще несколько. Солнце быстро садится.
