– Прямо дикий американский Запад тридцатых годов! – возмутился я. – Справедливый шериф-участковый сам вершит правосудие… И это недалеко от Москвы! Что же творится где-нибудь в глубинке? Если я тебя правильно понял, в сторожке сначала убили Ирину Астапову, через год директора школы, и оба преступления справедливый Николай Фомич оформил как ненасильственную смерть?
– Верно, – кивнула Зина. – А после того как с Валентином это случилось, ну, погиб он, через пару дней буквально у Гусевых мальчик пропал, Ростислав. Его потом у них на участке в заброшенном колодце нашли. Мертвым. Елизавета Георгиевна живо дачу продала, и больше никто из Гусевых сюда не являлся.
Я решил поглубже копнуть историю.
– А ты хорошо помнишь, как Стефания возмущалась поведением Ирины, которая посмела в образе ведьмы изобразить мать Константина Петровича?
– Так ты же про Ирку слушать не хотел, – прищурилась Зина.
– Давай рассказывай, – велел я.
Зина пожала плечами.
– Ладно, вернусь к той теме. Стефка – она к тому времени уж давно была замужем за Константином Петровичем, Игорь уже подростком был – ужасно злилась на Ирку, прямо на пену исходила. Моя мама молча ее слушала, и тут Елизавета вплывает в комнату, говорит: «Тефи, успокойся. Мне совершенно безразличны выходки деревенской девицы. Ее господь накажет». Сказала, как плюнула! Через неделю Ирину нашли в заброшенной сторожке, ножиком изрезанную. Ну точно, Елизавета колдунья! Почуяла, что Арсений девку накажет. Нехороший был глаз у главврача, я ей в лицо смотреть опасалась. Елизавету Георгиевну и домашние побаивались, даже шебутные Ростик с Владиком при ней тише становились. Но они совсем прабабку не любили. А вот Игорь ее обожал. Сейчас тебе интересный случай расскажу…
Елизавета Георгиевна собирала фарфоровые домики. У нас таких не купить было, ей из-за границы разные люди везли в подарок эти дворцы. Елизавета коллекцией очень дорожила, никому к ней прикасаться не разрешала. Я отлично помню, как мама меня однажды к шкафу со стеклянными дверками подвела и строго предупредила:
– Упаси тебя бог эту ерунду тронуть. Беда будет! Это главная хозяйская ценность.
Все в семье знали о том, что Елизавета над своим фарфоровым барахлом прям трясется. А Ростик как-то решил дома в теннис поиграть. Ракеткой взмахнул… Бумс! Мяч прямо в коллекцию угодил, та вдребезги разлетелась. Ростислав удрал. На шум Стефа примчалась, увидела осколки, кинулась за хулиганом. Мама моя тоже прибежала, стоит, не знает, чего делать.